Политика

Жизнь после «Зимней вишни»: Как железный Аман перестал быть хозяином Кузбасса.Часть 2

Журналист «КП» Владимир Ворсобин встретился с Тулеевым, чтобы через его судьбу попытаться понять, что же произошло с Кузбассом. И всей страной
Свое губернаторство Аман Тулеев начал, разрулив шахтерские забастовки 90-х. Но победить угольное лобби ему, похоже, оказалось не под силу. Фото: Александр АСТАФЬЕВ/РИА Новости

Свое губернаторство Аман Тулеев начал, разрулив шахтерские забастовки 90-х. Но победить угольное лобби ему, похоже, оказалось не под силу. Фото: Александр АСТАФЬЕВ/РИА Новости

Окончание. Начало см. Часть 1.

Три месяца назад, 25 - 26 марта, случилась всероссийская трагедия - пожар в Кемерове, унесший жизни 60 человек. А бессменный губернатор Кузбасса Аман Тулеев то ли сам, то ли под нажимом Кремля подал в отставку. И… тут же пересел в кресло спикера Заксобрания.

МАСШТАБ АМАНА

На Кузбассе понять, кто перед тобой - сторонник или критик Тулеева, дело секундное. Противник заговорит о настоящем. Сторонник - о прошлом.

- Если бы после техникума Тулеев поехал не в Кузбасс, а, например, в Казахстан, мы бы, возможно, знали другого президента Казахстана, - неожиданно, по-моему, даже для самого себя выпалил один из очень анонимных собеседников, которых в запуганном пост-тулеевском царстве много.

- Шутите? - удивляюсь.

- Надо знать масштаб Амана! - пожимает плечами собеседник. - Прекрасные отношения с Лукашенко, с Кучмой. Это большой политик, которого судьба случайно занесла к нам…

Сторонники Тулеева любят рассказывать трогательную историю, как уроженец туркменского Красноводска (сейчас Туркменбаши) нечаянно попал по комсомольской путевке в тмутаракань - на страшную станцию городка Мундыбаш. И Аман честно десять лет прослужил на заброшенном полустанке, через который за сутки проходит один пассажирский поезд. Потом его перевели в Междуреченск… И так Тулеев дорос до начальника Кемеровской железной дороги, самой большой в СССР по отгрузке угля и металла. Был «железнодорожным губернатором» государства в государстве со своими школами, больницами, спецсвязью.

И когда в 1997-м шахтеры заняли склад со взрывчаткой и пообещали - не дадите зарплату, подорвемся к чертовой матери, когда отчаявшиеся мужики сидели на рельсах, парализовав Трансиб, Тулеев знал, что делать.

- Тогда Ельцин сказал мне… - вспоминал в нашем разговоре Тулеев (а он в это время был в Москве - министром по делам СНГ. - Ред.). - «Мы подумали тут… тебе надо ехать в Кузбасс. Обстановка херовая, народ взбунтовался. Сейчас, если перекроют железную дорогу, мы Россию пополам разрежем...» Ну, конечно, я влип. Там ужас что было…

Аман вышел без охраны прямо к шахтерам и начал говорить не как перепуганный чиновник, а как генерал, «отец солдатам». Потом собрал подчиненных, как своих путейщиков на станции, и...

Говорят, Тулеев в гневе очень ловко бросает пепельницы и чернильницы и находит в русском языке волшебно тонизирующие слова…

МАЛЕНЬКАЯ КВАЗИМОНАРХИЯ

И, как мне объяснит бывший замгубернатора Сергей Ващенко, Тулеева зря называют популистом.

- Популизм - это голые обещания, а Тулеев никогда не говорил просто так. То, что он обещал, он делал, - сказал его бывший зам.

Именно таким Тулеева и запомнил Кузбасс. Кропотливо строящим свой новый всекузбасский мундыбашский вокзальчик.

То, что Тулеев перестал быть хозяином Кузбасса не в 2018-м, а намного раньше, причем постепенно, шаг за шагом, замечали очень немногие. Самые информированные. Ведь Кемеровская область казалась абсолютнейшей квазимонархией а-ля Чечня, собирающей на выборах 97% голосов за партию власти. Да и порядок Тулеев наводил такими жестокими мерами, так вдохновенно расправлялся с политическими соперниками, что предвосхитил будущее.

Он одолел местного Ходорковского задолго до ареста главы «ЮКОСА». И сделал это красиво. По-кубински. В стиле 638 покушений на Фиделя.

Из архива: В ночь на 8 августа 2000 года легендарный советский биатлонист, 13-кратный чемпион мира Александр Тихонов был задержан у себя дома сотрудниками УФСБ и прокуратуры Новосибирской области и отправлен в СИЗО «Лефортово». Тихонову было предъявлено обвинение в попытке отравления Амана Тулеева. Заказчик - глава группы МИКОМ Михаил Живило.

Живило попробовал поспорить с Тулеевым. Говорят, последней каплей стало создание губернатором «Фонда риска», куда все бизнесмены области должны перечислять «пожертвования». Живило отказался и перерегистрировал свой завод в Подмосковье.

И, к своему счастью, в отличие от Ходорковского успел бежать из России.

В Кузбассе бизнесмены сразу все поняли. Но кое-кому пришлось объяснить еще раз.

«РЕГИОН СТРАХА»?

Пространство, которое недобитые кузбасские интеллигенты смешно бы назвали «свободой», сужалось так стремительно, что смельчаки постигали ее границы опытным путем.

Так с бывшим руководителем «Кузбассразрезугля» Анатолием Приставкой расправились только потому, что он без санкции губернатора рискнул выдвинуться в Госдуму. Тулеев заявил, что тот «талантливый руководитель, но ему в Госдуме делать нечего». Его уволили, лишили всех местных наград и вышвырнули из области.

Так же поступили и с бывшим депутатом Госдумы от КПРФ Ниной Останиной, но за грех более чудовищный. За фразу: «Кузбасс - регион страха, где нет места свободным выборам».

Суд оценил моральный ущерб оболганной области в 500 тысяч рублей…

- Но это так и есть. Я могу это доказать фактами нарушений на выборах, - изумилась коммунистка и получила новую серию исков уже на 3 миллиона.

С бизнесом разговор был такой же короткий. С помощью силовиков шахты отбирались у «непутевых» собственников и передавались «путевым». Пока Москву это не утомило и та не арестовала двух замов губернатора, участвовавших в отжимании акций Инского разреза. (Тулеев в разговоре со мной назвал поступок подчиненных попыткой решить проблему невыплат зарплат шахтерам и вопиющей самодеятельностью. «Вообще ошибка с самого начала была - не х ... было их туда посылать», - сказал мне он.)

И бизнес побежал. Причем происходили нелепые истории.

- Поссорился Тулеев, например, с предпринимателем, - рассказывает один из новокузнецких бизнесменов. - Его фирма делала дорогу, где-то случилась ошибка, и она прошла над газопроводом. Аман владельца (энергично эротическое возвратно-поступательное движение), - а тот тоже парень с гонором, у него 1,5 тысячи рабочих мест. Плюнул, ушел в Новосибирск. Налоги туда ушли. Или заподозрили в амбициях производителя зерна Беляева - будто бы хочет в Госдуму. Прижали налоговики, ушел на Алтай. И таких сюжетов по области десятки!

- Кто остался? - спрашиваю.

И, похоже, произношу глупость, потому что в ответ - усмешка…

- А посмотри по сторонам, - советуют.

И тут я вспоминаю тот же выразительный взгляд главы местного холдинга «Кузнецкий альянс» Михаила Шкуропатского. Он после «Зимний вишни» сгоряча опубликовал в блоге свое страшное обращение к Тулееву:

«Не говори, что это не ты создал в Кузбассе ситуацию, когда работать здесь может только бизнес на угле, да и то под твоим тщательным присмотром. А все остальные бегут из региона. Не говори, что молодежь уезжает не из-за тебя. Из-за тебя! Ребята просто не видят будущего в родной области!»

Теперь в его фирме идет тотальная проверка налоговиков, а мне, автору этой статьи, от Шкуропатского звонят через день и умоляют показать текст. Говорят, что Шкуропатский тайно записал нашу встречу на видео и очень боится, что за неосторожное слово его снова потащат в суд…

Поэтому гуманно промолчу.

Тем более достаточно просто выйти в центр города и… прислушаться.

В ПЛЕНУ УГОЛЬНОГО ЛОББИ

Тут все зависит - где вы находитесь.

Если в Кемерове - вы увидите чистоту улиц, красотку набережную Томи и три буквы «СДС». Судя по вывескам, кампания «СДС» («Сибирский деловой союз») везде - в туризме, в угледобыче, в СМИ, в страховках, в ресторанах…

Если вы в Новокузнецке - услышите взрывы. Ветер донесет угольную пыль и динамитный «бум». И это тоже «СДС» - она разрабатывает угольный разрез у поселка Березовский, который считался заповедным. Здесь строились детские лагеря и элитные поселки, да и меня, честно говоря, поцарапал вид белоснежных березовых рощ на фоне уродливой ямы. Циклопической дыры в земле, из которой вереница «БелАЗов» тащит уголь.

А рядом стоит горстка местных жителей, проклинающих всю эту кузбасскую жизнь, которая обнаглела и испортилась. Раньше строили шахты, которые, хотя тоже и не озонировали, но не убивали природу.

А в последние годы угледобытчики нахально взрывают и срывают Кузбасс. Так дешевле.

И люди растерялись - где же их защитник Аман? Ведь все недовольны.

Недовольны шахтеры, которым платят низкие зарплаты, потому что собственники привозят дешевую рабсилу из южных регионов.

Шахтеров бесят даже тулеевские доплаты, которые хитро приходят на спецкарточки пришахтных продмагов «СДС» с высокими ценами.

Недовольна молодежь, у которой, кроме угля, на родине нет никакой другой работы, и она бежит в соседние Новосибирск и Красноярск.

- И если до болезни Тулеев пытался сопротивляться угольщикам, - рассказывает мне знакомый тележурналист, - то после операции сильно сдал. Как-то мы записывали обращение губернатора. Тулеев приготовил внятный текст: ребята, хватит рыть, пора восстановливать. Но тут прибежали одни лоббисты: давай это вырежем, потом другие заохали - тоже вырезали. И осталась речь ни о чем. Но Аман ее дисциплинированно прочел. Думаю, угольное лобби, окружившее губернатора, до всего этого и довело.

Ведь раньше, по словам местных, Аман мог сесть в машину, примчаться и посмотреть своими глазами. А теперь, когда начались протесты против добычи угля в Новокузнецком районе, ему говорили, а он не поехал, не проверил. И ребята вокруг него стали активно этим пользоваться. Получилось - там работают местные жители. Это их рабочие места! Они за добычу. А те, кто протестует, - просто бузотеры.

То, что на самом деле работают гастарбайтеры «с юга», Тулеев так и не узнал.

То, что Кузбасс - край шахтерский, в Кемерове и других городах области напоминает все. Например, вот такие барельефы на улицах.

То, что Кузбасс - край шахтерский, в Кемерове и других городах области напоминает все. Например, вот такие барельефы на улицах.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

ГЛАВНАЯ ШАХТЕРСКАЯ ТАЙНА

И с декабря 2015 года Тулеев начал подписывать очень интересные бумаги. О переводе земельных участков из категории сельхозназначения в промышленную. За три года угольщикам для разрезов были переданы 22 тысячи гектаров, причем преимущественно на юге области - у Новокузнецка.

И самое удивительное - самой Кузне, исторически находящейся в соперничестве с Щегловкой (старое название Кемерова), тотальное наступление на нее угольных разрезов не дает ничего. Потому что «копатели» мгновенно переводят деньги в офшоры, оставляя местным бюджетам за уничтожение Кузбасса копейки.

Делается это очень просто.

Например, еле сводящий концы с концами Инский разрез, где шахтерам за адский труд платят 30 тысяч.

- Знаешь, в чем главная шахтерская тайна? - говорили мне там мужики. - На наших глазах стовагонные составы с углем уходят, а директор говорит: мы почти банкроты, денег нет! Как так?!

- Сегодня до 25% угледобывающих предприятий, по официальной статистике, убыточны, - пожимает плечами Юрий Буланов, председатель правления и член совета директоров «Кузнецкбизнесбанка». - Раз убыточны - они действительно не платят смежникам, недоплачивают зарплаты.

- То есть цена на уголь и его объемы растут, а в отчетах - убыток? Как так?!

- Уголь, например, стоит 100 долларов тонна, - объясняет Буланов. - Его продают посреднику (то есть самому себе) за 50, с этой суммы платятся налоги. А потом уголь продается за рубеж по реальной цене, и деньги уходят из области и от налогообложения.

Настоящая прибыль оседает в офшорах, а Кузбассу остается только угольная пыль, растущая реальная безработица и бегство населения, численность которого упала ниже уровня 1959 года.

НАДО БЫЛО УЙТИ РАНЬШЕ

Но Тулеев, конечно, бьется до конца.

- Если ты приблизил какую-то компанию, то тебе конец - ну тут акулы такие… - вздыхает он, когда я подкрался к угольной теме. - Лобби угольное - оно мощное… Я находил с каждым по отдельности общий язык… Говорил: сколько ты денег вложишь в такой-то город, где твои шахты, разрезы? Мы 17 шахтерских городов перевернули. Было черное, а стало белое. Люди даже не узнавали города.

Я было открыл рот, чтобы произнести волшебные три буквы «СДС», но Аман Гумирович словно догадался.

- И первое правило - ничего не брать, - остановил он меня. - И все понимали, что я не беру… За 20 лет давно бы уже нашли и сожрали… Это исключено физически. Если ты где-то влип, то конец. Тебя на этой удавке будут держать, и ты ни спать, ни жрать не сможешь. Честно тебе говорю…

И тут Тулеев сказал так, что у меня перехватило дыхание.

- Ну а что толку? Ну, я нищий… - сказал он, отрешенно глядя в окно. - Ну и чего у меня? Дача, яхта? Вот орут - он поедет лечиться за границу! Да хер я поеду, честно говоря, у меня хер хватит. Ты ж понимаешь, какие это бабки.

- Но сын же поможет (Дмитрий Тулеев руководит компанией «Сибуправтодор». - Ред.), - вкрадчиво замечаю.

- А чего сын? У сына декларация. Сыну я помогаю. За ним, знаешь, как следят? С восьми сторон рассматривают. Поэтому, если б чего-то было, поверь мне, сожрали б за милую душу.

- Вы жалеете, что тогда не приехали к «Вишне»? - наконец осмелился я.

- Я, конечно, на машине проехал бы, а выйти из нее не смог бы, у меня же аппарат… - кивает на коляску.

Вместе молчим.

- И еще об одном я жалею, - сказал Тулеев на прощание. - Надо было, после того как сделали операцию, уйти. (Год назад в Германии ему сделали операцию на позвоночнике. - Ред.)

Больше я ни о чем не спрашивал.

Так на Кузбассе считают все.

ЮМОРОК ИЗ ШАХТЫ

Здесь птицы не поют...

Как только я рассказал шахтерам, что по словам Тулеева, они получают чуть ли не по 100 тысяч в месяц, они разбушевались.

- Какие 100?! А 30-40 даже 20 - не хочешь? - заорали они.

- Ах, как это по нашему! - возопили они.

- Вот почему, - спросили они, - у собственников шахт всегда есть деньги на безумные корпоративы? Притащут нас шахтеров на них. Поят, кормят, феерверки, салюты в небеса на миллионы разбрызгивают, а как зарплата - шиш!

Шахтеры вообще хорошие мужики.

- У меня атроз обоих коленных суставов, хобл (болезнь легких), два инсульта, и пенсия 14 тысяч, - усмехается старый шахтер Михаил Копытин, который провел под землей чуть ли не треть своей жизни. - Русских всегда губила рас...во, - по кузбасски доходчиво объяснил он мне причину всех русских бед. - Как-то дают наряд слесарю. Ну Сан Саныч пошел. А забой не проветривался три дня. 20 лет Сан Саныч отработал в шахте, а тут на датчик не посмотрел. А в забое 9% метана. Тресть, бух. Пошло по штреку, всех мужиков положило, а у штрека сидел другой Саня, ему отвертка в череп воткнулась - он такой сидит ковыряет череп пальцем, - смеется шахтер.

- Погиб? - с ужасом спрашиваю.

- Саня-то Рождественский? Не-е-е. Его увезли в центр реабилитации.

- Подождите, - задумываюсь. - А разве Сан Саныч не знал, что штрек не проветривается?

- Знал, конечно. Я ж говорю - из рас...ва! - снова улыбается Копытин. И вдруг: «А хочешь мои стихи?»

- Нет.

Куда там.

- Здесь не растет трава под черным небосклоном,

Здесь птицы не поют и листья не шумят.

Лишь под ногой скользит раскисшая порода,

Да душу холодят озябшие ветра.

Спускаюсь в этот мир, когда на небе звезды.

И полная луна по небу проплывет.

А утром над землей такой пьянющий воздух,

Да солнышко мое меня со смены ждет.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Надежды связывают с Цивилевым

Пока и. о. губернатора Сергей Цивилев по сравнению с неистовым Тулеевым заметен меньше. И это, по мнению областной общественности, очень даже населению импонирует. Новая команда пытается разобрать финансовые и экологические завалы, доставшиеся от эпохи Тулеева. Как итог - уже в этом году снизился астрономический долг области. И главное для кузбассовцев - пока новый губернатор не подписал ни одной бумаги по передаче земель угольщикам.

Более того, Цивилев сильно усложнил саму процедуру передачи участков для добычи угля и требует качественной рекультивации испорченной угольщиками земли. По его словам: «территории в регионе восстанавливали так, что лучше было вообще ничего не делать». Новые власти сейчас изучают мировой опыт, чтобы вылечить изуродованный разрезами Кузбасс.

Судя по опросам, жители области именно с новым губернатором связывают надежды на оздоровление обстановки.