
Владимир Машков в минувшие выходные в течение двух дней вел в Кемерове прослушивание кузбасских школьников для отбора в школу Олега Табакова. Перед творческими экзаменами мастер вспомнил о своей учебе у великого педагога и рассказал, почему в число городов для прослушивания всегда включает родной для него край.
- Я здесь вырос и никогда не терял связь ни с родным мне Новокузнецком, ни в целом с Кузбассом. Приезжал и приезжаю в год по несколько раз, встречаюсь с друзьями детства и своими уже взрослыми товарищами. Убежден: в Кемеровской области живут очень сильные и честные люди, они отличаются искренностью, прямотой. То, что нам так необходимо в актерской профессии. Вера - вот главный стержень русского психологического театра, в центре всегда личность, человек. Так вот личностный дух в Кузбассе поистине велик - и когда я рос, и сейчас. Немного только изменились приспособления внешние жизненные: у молодых людей сейчас интернет и сотовые телефоны, у меня были ворона и велосипед, который в первый день украли. Но дух един.
- А вам, Владимир Львович стальной сибирский характер помогает в профессии?
- Не то слово. Между прочим, я работал на Запсибе сварщиком, там народ тоже прямой, за словом в карман не лезет, но дело делает. И вот это «делать дело» - добросовестно, хорошо, - вот это ценнейшее качество в профессии, это характеру и актера, и человека дает напористость, целеустремленность.
- Ваш путь в профессию был долгим, насколько известно?
- Восемь с половиной лет я учился на артиста. Три первых курса окончил. Сначала в Новосибирском училище, год в школе-студии МХАТа, потом попал к Олегу Павловичу Табакову. И грыз, лез изо всех сил. Вместо одного-двух этюдов каждый день показывал по четыре, а то и по десять. Табаков за голову хватался: «Господи, опять он со своим сумасшествием». А это реально было сумасшествие! Что я только ни придумывал, фонтан идей бил до неба, а еще когда я просил озвучить бульки наливаемой в стакан воды, Олег Павлович закрывал от ужаса голову руками, а после показа рвал меня на части. Но один этюд, как правило, выходил приличным. Он называл меня машиной, красным светом. Через много лет он пишет книгу «Моя настоящая жизнь» и дарит мне экземпляр. Открываю и вижу о себе целую главу, читаю: «Володька с первых дней стал на курсе лидером, и лез, и лез на сцену, стремился и рвал…» Я говорю: «Олег Палыч, чего-то не понял я, если вы меня лидером считали, так тогда и сказали бы, мол, сиди, отдыхай». Э, нет, спорил Табаков, это же был ход, дружочек, чтобы тебя больше разглядеть в динамике.

Владимир Машков вспоминает студенческие годы, будто прямо сейчас находится в прошлом, там, в своей молодости. И кажется, сейчас Табаков, увидев своего ученика, снова схватится за голову. Актер общается с тобой, вгрызаясь в диалог, его глаза блестят, волнуются, вспыхивают, будто в роли. Но мастер при этом остается собой. От него заряжаешься, и наш диалог уже крепко стоит на театральных рельсах, все сильнее набирая ход.
- Вы вот на прослушиваниях что будете, Владимир Львович, рассматривать в ребятах, чему удивляться, чем они вас должны сразить?
- Личности буду разглядывать, искренность, органичность, гибкость, характер, задатки всего этого.
- Два тура отбора школьников здесь, потом еще в Москве в финале будете в следующем году смотреть. А бывает так - увидел и понял: вот он, мой актер?
-. Так не бывает, и педагоги, которые по такому принципу выбирают, делают большую ошибку. Вы не сможете с первого раза разглядеть потенциал. Вы можете увидеть какой-то потенциал, но в развитии не уведете, вы ошибетесь. Гарантия стопроцентная. Школьник может прийти подготовленным кем-то. Он читает заготовку, а мы непременно попросим прочитать иначе, будто это произведение он сам написал. Так мы выбиваем ребят из привычного отработанного состояния. И голос у них будет меняться со временем. 15 лет - время ущелья, это когда эмоциональный фон очень большой, а понимания чувств мало. Но в этом и прелесть: мы захватываем самое эмоциональное время человека, самый его пик эмоций. И если мы добиваемся контроля студента над своими эмоциями, значит, верной идем дорогой.

Школу своего учителя Олега Табакова актер, режиссер и педагог называет домом, как и родную для него «Табакерку». И когда Машков возвращается к воспоминаниям, глаза его наливаются щенячьей радостью и верностью. И сразу понимаешь, почему он остался в орбите Олега Табакова. Понятно и то, что он руководит сегодня вместе с «Табакеркой» еще и «Современником». Ведь Олег Павлович вместе с Олегом Ефремовым много лет назад «Современник» создавал. И Машков в принципе не мог руководить другими театрами. Эстетика, символ, сердце и душа одни и сродни ему. И он, рассуждая о таланте и гениальности, стремлении к нему, выводит формулу существования влюбленных в свое дело людей. Формула проста, она в тотальном постоянном внимании в профессии. Это когда человек поглощен своим делом с головой.
«У нас требования к себе и к своим студентам сверхвысоки, предельно высоки. Того требует профессия. Мы в этом году выпустили первый экспериментальный курс. 11 человек окончили школу, один из них, чем я очень горжусь, наш кузбасский парень из Анжеро-Судженска Гордей Яшин. Окончил с красным дипломом. Он принят в стажерскую труппу театра, и если продолжит такие же уверенные шаги в профессии, его ждут хорошие события.
- Не всех же берете? Представляю, каково ребятам, привыкли ведь?
- Я своим перед выпуском говорю: ну вот диплом получите, идите в театры пробуйтесь. А они опешили, такая в глазах тоска незащищенная: «Как же так, отец родной, мы ведь уже здесь привыкли». Но это нормально, и они потом немного взбодрились, даже соревновались - кого во сколько театров примут. Это нормально и даже хорошо, я только приветствую. А если молодой актер или актриса захочет продолжить карьеру в родном регионе, я тоже рад. Он уровень наш высокий, планку нашу привезет домой. И качество спектаклей с каждым годом в регионах будет усиливаться. Так это же хорошо!
- А традиции у вас, Владимир Львович, такие театральные, глубокие, святые в школе есть?
- Одна есть, просто потрясающая традиция. Мы в начале учебы каждому студенту предлагаем выбрать хрустальный шар, в шарах имена ушедших наших великих артистов. Таким образом, наши «старики» становятся хранителями молодых актеров, а юноши и девушки, соответственно, - хранителями ушедших легенд. И бывают чудеса - девочка вытащила шар Софьи Гиацинтовой, оказалось, они родились с ней в один день. Пошла на кладбище искать могилу великой актрисы, не нашла. Тогда встала на колени и буквально ползком прошерстила участок, нашла - кусочек камня разрушенного, уже уходящего под землю, с инициалами Гиацинтовой. Мы восстановили ее могилу; а не было бы традиции, и захоронение Софьи Владимировны оказалось бы утерянным.
Была бы цель, а умываться научим
- А ребята ваши сильно балуются, и что делать с такими? Вот, бывает, хулиган, а в профессии способный очень, и вроде жаль с такими расставаться?
- Бывает. Мусорят, постель не застилают, не умываются, мы двойки ставим и учим его ухаживать за собой. Со временем приводим молодого человека к чистоплотности, дисциплине. А вот с откровенными хамами расстаемся безвозвратно - им в профессии не место. И с теми расстаемся, но уже по-доброму, кто в силу разных причин, в первый год обучения не показывает творческих результатов. И за свой счет возвращаем их в родную школу, и ребята ничего не теряют, по сути.
Владимир Машков открывает в разговоре еще один секрет успеха - и в актерстве и любом другом деле.
- У человека должен быть рефлекс цели. Допустим, цель поступить к нам в театральную школу, но к этой цели обязательно прибавка: «А ради чего поступить?», т. е. сверхзадача цели. Без нее цель теряет всякий смысл. А вот если цель приобретает этот смысл, значит, выбранное дело точно твое, твой путь, твоя тема, - убежден Владимир Машков.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
«Я не мессия»: скончался папа КВН Александр Масляков (подробнее)