Донбасс-Кузбасс и свеча жизни: икона спасла храм и людей от украинской ракеты
В 2014 году украинская ракета влетела в донецкий (моспинский) храм и встала свечой под иконой. Фото - архив Романа Хлипитько.
Уникальные факты СВО и ее предыстории… Тогда, в 2014-м, мир уже исторически снова «ломало» от слова «русский». Донбасс уже стойко нес свою русскую правду и русскую ношу, становившуюся все тяжелее. И прилеты со стороны ВСУ уже шли чуть ли не каждые полчаса.
… И остававшийся в родном Донецке, служивший в Моспино в Петропавловском храме настоятелем Роман Хлипитько думал об одном, хорошо, что в начале лета отправил семью в Россию, как сделали тогда многие. И что, прощаясь, говорил своим, как говорили и все, что это до осени и скоро все решится.
А скоро по Моспино (по городку, что в 18 км от Донецка) пронеслась украинская разведка. Она ехала и кричала, мол, «приихалы вас за…ищати». «Х» или «Ч» - не понять. Захищать (защищать)? Зачищать?!!! Люди поняли верно и флаги Донецкой Народной Республики не сняли. И обстрелы со стороны ВСУ усилились.
- Нас подвИг тогда, в 2014-м, и очень сильно Крым. Мы хотели мирно все сделать – не дали. И если бы мы тогда не выстояли, начались бы такие репрессии… - рассказывал мне позже, через год, уже по переезде с семьей в Кемерово, отец Роман. Показывал кадры разбитых «вэсэушниками» школ, домов в Моспино. Остатки шахты – руины сверху, а что под землей после удара ВСУ, представить и вовсе жутко.
- … шахта пережила два налета «Града», я шахтеров хоронил… Можно, не буду рассказывать… , тяжело.
И, пересилив комок в горле, он, сам в прошлом – шахтер, продолжал рассказ про Донбасс-2014:
- Там была везде смерть… Словами весь трагизм Донбасса не передать!
Да, сколько он проводил в последний путь земляков летом 2014-го. Сколько ходил сам под смертью. Научился узнавать по звуку, пролетит ракета ВСУ мимо – нет. Видел сброшенные фосфорные бомбы-зажигалки, которые не потушить. Одна ее искра продолжала гореть в крышке гроба покойника, которого отпевал. И он сказал тогда людям: «…земля-матушка потушит…».
И в бомбоубежище дети, дети, их крики боли, их слезы, и их мам, и бабушек плач и надежда.
И именно в бомбоубежище, когда святил яблоки, он впервые рассказал людям о чуде, случившемся в храме.
Накануне
Было раннее утро 16 августа 2014-го. Он торопился из Донецка в Моспино.
- Я пришел на автостанцию, но «маршрутка» на Моспино, вижу, отходит. Рукой шоферу помахал. Водитель мне остановил. Так я доехал той «маршруткой» до конечной, до кольца, до нашего храма… Захожу, начинаю переодеваться… Следом подходит второй рейс, люди начинают выходить, и начинается обстрел – мина ВСУ попадает в автобус, крышу «пазика» сносит. Раненые, кровь на асфальте. Одной женщине голову срезало.
Другая мина ВСУ попала рядом с храмом, выбила стекла.
Как закончилось, побежал к автобусу – к раненым, на помощь. Их было много, в основном – дачники, из тех, кто так и не уехал: кому было некуда, кто побоялся на старости лет…
И я бежал к раненым и думал, что если бы сел на этот автобус, меня могло бы вот так же.
… А дальше днем в храм зашли новые ополченцы – блокпост их метрах в трехстах. Там тогда шла линия обороны, там мост через речку был заминирован. И ВСУ – на другой стороне.
И были и эти ополченцы, как и все приходившие, проезжавшие раньше, - просто шахтеры, парни из мастерских, из малого бизнеса… И, оставив автоматы в притворе с одним из бойцов, встали они у икон. И отец Роман снова отвечал на главные вопросы того лета-2014.
- «Батюшка, иду воевать, скажи, для чего мы воюем?», «Я мирный человек, а предстоит убивать…», ополченцы спрашивали. Да, они знали, что если сейчас за Донбасс не встанут, не защитят свои семьи от фашизма, их перережут головорезы, уголовники, «нацики»… Но они хотели понять еще больше, еще… И я подвел, как подводил до них других, к иконе Александра Невского. Сказал: он жил в XIII веке, и был воин, князь, вот рукоятка меча. И был признан святым. А как все это совместить? Он защищал Родину. Так и ты – защищаешь Родину, как защищал ее Невский. И вот она – традиция, и вот она - История…
И после таких слов лица светлели, и крепла, росла память, душа… Бойцы позже, после боев, бывало за то лето не раз заходили, за разговор первый благодарили.
И пятачок пола меж тех двух икон – у окна икона Господа Вседержителя, слева от нее – Невского, за лето 2014-го был самым затоптанным в храме, стратегически важным.
Туда и врезалась вражья ракета через несколько часов – 17 августа 2014-го.
Свеча черная
Украинские «Грады» заработали по спящему мирному Моспино ночью. Били по окнам, крышам.
Одна из ракет пошла курсом на близкий храм. На пути ее - лишь зарешеченное окно. Но в центре решетки - крест. И прожечь его – ерунда. Но крест не просто выстоял – против силищи. Он согнулся, повел ракету вниз. И ракета вошла в пол – под иконой Господа Вседержителя.
Горела сама, и от нее горела лавка, и пламя шло дальше. И вот-вот будет взрыв. Но пролилась ваза с цветами. И - шипенье воды. И – тишина.
… И с рассветом – поворот ключа в двери. Отец Роман, приехав рано, возле храма почувствовал: что-то не так.
- Вошел и застыл в ступоре. В деревянном полу под иконой торчал хвост ракеты. Там до нее стоял подсвечник. Ракета его подвинула, встала свечой на его место... Чудо, что ракета не взорвалась, Господь не допустил.
Это было страшно. Из пола торчал хвост украинской ракеты. Фото - архив Романа Хлипитько.
Украинская ракета подвинула тяжелый подсвечник и встала на его место. Фото - архив Романа Хлипитько.
Отец Роман понимал: рвануть может в любую минуту. Сказал стоявшим за ним женщинам - старосте и свечнице: «Закрываем храм, к нам влетел снаряд!». Еще подумал, хорошо, что «сейчас - пустыня», в смысле - безлюдно.
И запер двери и на велосипеде - скорее к блокпосту, за помощью. Там бойцы ему сказали: храм оцепить, ждать сапера.
И на посту у храма отец Роман был 11 дней. Потому что много работы было у ополченцев-саперов и в других местах города.
Бойцы с блокпоста, что был тогда в 300 метрах, сказали оцепить храм и ждать саперов. Фото - архив Романа Хлипитько.
Тогда же, в один из дней, он по службе оказался в эпицентре поражения в другом месте при очередном обстреле «вэсэушниками». И снова остался чудом жив – «… а обстрелы «вэсэушниками» уже шли тогда каждые полчаса». Уцелел, возможно, еще и потому, что история с храмом, построенным всем миром и ждавшим помощи, была не закончена.
… Все решилось 28 августа. Монах Серафим привез ополченцев-саперов. Осмотрели, сообща решили: всю работу сделает один, и если будет взрыв, то погибнет один – сапер Слава.
И Слава копал яму три часа – по периметру ракеты. Сняв доски пола, ушел в землю на два с половиной метра.
Отец Роман, монах Серафим, стоя в оцеплении в ста метрах от храма, у разбомбленного ВСУ хлебозавода, молились: «Господи, помоги! Господи, помилуй!». И у монаха с собой была икона с мощами Георгия Победоносца, его тоже просили о помощи.
Сапер отсоединил боеголовку, рискуя жизнью. Ракету, обвязав веревкой, выдернули машиной. Содержимое ее перед тем высыпали и залили водой эту черную свечу, свечу смерти - ракету.
А закончили, отец Роман, узнав, что Слава крест потерял, надел ему свой...
Разминирование 28 августа 2014 года. Донбасс, Моспино, храм, украинская ракета, извлеченная сапером-ополченцем. Фото - архив Романа Хлипитько.
Роман Хлипитько и часть той самой обезвреженной украинской ракеты, г. Моспино, осень 2014. Фото - архив Романа Хлипитько.
Все закончилось благополучно. Фото - архив Романа Хлипитько.
Танк
Тогда же народная молва ушла в Сеть – о ракете ВСУ, влетевшей в храм Донбасса и вставшей свечой под иконой, о ракете, несшей неминуемо смерть и руины, но остановленной силой свыше. И историю люди назвали одним из «русских чудес» той поры и божьим знаком.
Потом был Иловайский котел для СВУ. (Иловайск с Моспино рядом).
- И эта часть территории была полностью освобождена. Обстрелы Моспино прекратились. Мы давно – в глубоком тылу. Но прилеты дальнобойными иногда бывают, их сбивают, - поясняет «КП» настоятель Олег Коваленко. – …Тот случай, как Господь сохранил наш храм, люди помнят. Мы специально сохранили погнутую решетку на окне, на память, а стеклопакет, конечно, давно заменен. И ракета сейчас – в школьном музее.
В будущем, живет идея, сделать из нее оклад для одной из икон.
Подсвечник в храме стоит на месте – под иконой Господа Вседержителя. Там всегда люди и белые свечи…
Роман Хлипитько, получив направление в Кузбасс, давно настоятель кемеровского храма Петра и Февронии. Он хранит в храме осколок той самой ракеты. И за 10 прошедших лет столько мальчишек, парней уж держало его в руках и мужало на истории Донбасса и теперь — СВО. Отец Роман говорит: за годы похожих случаев в Донбассе было много. Еще ему сейчас назначение - в конце зимы поедет в Донбасс в командировку. Его старший сын, росгвардеец, уже в четвертой командировке на СВО.
- А как сложилась жизнь сапера Славы?
- Мы с ним долго созванивались. Парень он боевой. Было, позвонил из госпиталя, поделился радостью: подорвал украинский танк…
Кемерово, отец Роман Хлипитько с осколком украинской ракеты, попавшей в донецкий (моспинский) храм в 2014-м и не разорвавшейся чудом.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Один из осколков той ракеты хранится в Кемерове у Романа Хлипитько.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
2024 год, ДНР, Петропавловский храм сейчас. Фото - архив храма, г. Моспино.