«Сплав ума, чести и… сердца»: полковник юстиции в отставке рассказала, каким должен быть идеальный следователь

Полковник юстиции в отставке Инна Пащенко. Фото: СК РФ по Кемеровской области.

Полковник юстиции в отставке Инна Пащенко почти два десятилетия возглавляла отдел кадров следственного комитета России по Кемеровской области. В преддверии 15-летия со дня образования ведомства Инна Пащенко рассказала «КП-Кемерово», как создавалась структура, каким качествами должен обладать идеальный следователь и что изменилось в профессии с приходом современных технологий.

— Инна Николаевна, вы стояли у истоков создания следственного комитета. Что было самым трудным?

— Это был период большого организационного хаоса, который со стороны не виден. Создание независимого следственного органа — это политическое решение, но «на земле» мы решали абсолютно бытовые задачи: где взять новые бланки для совсем других процессуальных документов, как переоформить тысячи личных дел, где разместить сотрудников. Формировали коллектив из опытнейших следователей и прокурорских работников, которые стали костяком. А к 2011 году, когда Комитет стал полностью самостоятельным, главной задачей уже была не сборка, а тонкая настройка механизма. Мы перешли от кадрового «пожаротушения» к системной работе с резервом.

— По каким принципам вы отбирали людей? Существовал ли портрет идеального следователя?

— Базис — это строжайшее соответствие 16-й статье Федерального закона: образование, здоровье, безупречная биография. Но закон — это рамки. А внутри них мы искали личность. Идеальный следователь — это сплав ума, чести и… сердца. Да, именно так. Без способности к состраданию в нашей работе можно быстро превратиться в черствого чиновника. На собеседовании я всегда смотрела на общий культурный уровень человека. Ему предстоит общаться и с академиком, и с жителем отдаленного поселка, и с потерпевшим, пережившим трагедию. Он должен находить слова для каждого.

— Желающих было много?

— Очередь выстраивалась из лучших выпускников и матерых оперативников. Конкурс был серьезным — около четверти кандидатов отсеивались уже на этапе проверок, в том числе с помощью полиграфа. Эта высокая планка и была нашим преимуществом. Мы могли выбирать самых мотивированных. Многие начинали с должности общественных помощников, и это был идеальный «испытательный срок» длиной в год или два. Мы видели, кто приходит просто «для строчки в резюме», а кто действительно горит службой.

— Современный следователь стал другим?

— Кардинально. Раньше в кино следователь — это мудрый «зубр» за 50, а рядом стажер-мальчишка. Сегодня реальность перевернута: основу органов следствия составляют офицеры до 30 лет, и они сами уже наставники для новичков. Мир ускорился, и следователь должен быть быстрее. На первый план вышли цифровые компетенции. Расследование мошенничества с криптовалютой или раскрутка цепочки преступления по цифровым следам — для следователей ведомства это уже рутина. Современный преступник технологичен, и следователь должен быть на шаг впереди.

— А что насчет человеческой цены такой работы? Как удерживать молодежь в условиях выгорания?

— Это самый больной и неочевидный со стороны вопрос. Пик кризиса у молодого специалиста — 25-30 лет. Время строить карьеру и создавать семью, а работа требует полной эмоциональной отдачи, часто в ущерб личному времени. Главная причина ухода — не отсутствие таланта, а конфликт между службой и жизнью. Мы с этим боролись системно: ввели ставку штатного психолога, учили руководителей видеть признаки выгорания у подчиненных. Иногда человеку нужен не выговор, а ротация участка работы или простой человеческий разговор. Спасти ценного сотрудника — такая же важная победа, как и раскрытое дело.

— Кадровик — это «тыл» следствия. Как заинтересовать современное поколение карьерой в госструктуре, когда у них другие идеалы?

— Это вызов. Мы начинаем работать «со школьной скамьи»: у нас есть подшефные кадетские классы, целевой набор в Академию СК. Но фундамент неизменен: наша сила — в сплоченности и чувстве общей миссии. Мы предлагаем не просто работу, а дело, где от твоего решения зависит чья-то судьба и справедливость. Это по-прежнему находит отклик у самых сильных и неравнодушных.

— Вы гордитесь своими «выпускниками»?

— Каждый их успех — это и моя награда. Видеть, как робкий вчерашний студент вырастает в уверенного следователя, блестяще представляющего в суде сложное дело, — это бесценно. Моя роль была не в том, чтобы научить их статьям УПК. А в том, чтобы вовремя разглядеть потенциал, дать шанс, а иногда — и поддержать в трудную минуту.

— Ваше главное напутствие тем, кто придет в 2026 году?

— Следователь — это, прежде всего, офицер. Лицо государства. Ваша речь, внешний вид, профессиональная выдержка формируют авторитет ведомства в глазах людей. Мой совет: прежде чем спрашивать — ищите ответ сами. Цените время — свое и граждан, которые к вам обращаются. И помните: вы приходите не в офис, а на службу. Это большая честь и еще большая ответственность.

— Что для вас значат эти годы?

— Бесценный опыт и команда, которую я могу с чистой совестью назвать семьей. Мне повезло на мудрых наставников, таких как первый руководитель управления Вадим Вильевич Рудин. Я всегда вспоминаю строчки стихотворения, которые стали моим правилом: «Все люди для меня учителя, все встречи для меня награда…». В каждой человеческой судьбе, с которой я столкнулась на службе, был важный урок. И за это — благодарна.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Кузбасский следователь рассказал, как искусственный интеллект и генетическая экспертиза помогают в раскрытии преступлений прошлых лет (подробнее).

«Должен быть азарт»: как стать единственной женщиной-руководителем отдела криминалистики в России (подробнее).