
В рамках празднования 15-летия со Дня образования Следственного комитета Российской Федерации «КП-Кемерово» пообщалась с человеком, чья жизнь и профессиональный путь стали неотъемлемой частью истории ведомства в Кузбассе. Полковник юстиции в отставке Дмитрий Пантилеичев, возглавлявший следственный отдел по городу Белово, рассказал о выборе профессии, фундаментальных принципах работы и тех уроках, которые оказали значительное влияние на его становление как личности
— Дмитрий Юрьевич, с чего для вас начался путь в профессию? Это была мечта или стечение обстоятельств?
— Это был осознанный выбор, который я сделал еще в школе, в 1995 году. Решающую роль сыграл пример моей тети — она была следователем в Прокопьевске. Поэтому после выпуска я целенаправленно поступил в Сибирский юридический институт МВД России в Красноярске, который окончил в 2000 году. И уже тогда, в студенческие годы, я точно знал, что вся моя будущая служба будет посвящена следственной работе.
Первым моим местом работы был следственный отдел при покопьевском РОВД. В 2004 году я начал службу в прокуратуре Ленинска-Кузнецкого. А, когда образовался Следственный комитет, то перешел туда. Работал помощником руководителя Ленинск-Кузнецкого межрайонного следственного отдела, потом заместителем, а с 2011 года руководителем следственного отдела. В 2022 возглавил следственный отдел по городу Белово.
— Какая атмосфера царила в коллективе, когда следком только образовался?
— Первым местом моей службы в региональном следственном управлении стал Ленинск-Кузнецкий межрайонный следственный отдел. Там сложился сильный, по-настоящему сплоченный коллектив. Но главное - это были мудрые наставники, такие как Николай Николаевич Федонькин и Александр Васильевич Ежов. Они не просто руководили, а личным примером учили нас, молодых следователей, вникать в каждую деталь, выстраивать диалог с людьми и чувствовать личную ответственность за результат. Этот принцип — сочетание требовательности и наставничества - я пронес через всю свою карьеру и старался передать следующим поколениям.
— Помните ваши первые дела в СК?
— Дел было много, но какие-то оставили очень тяжелый след. Обычно это преступления, совершенные в отношении несовершеннолетних. Одним из первых моих расследований было убийство маленького ребенка. К пожилой женщине в гости пришел сын с подругой – у той был грудничок. Молодые выпили и уснули, а малыш не спал и сильно плакал. Тогда хозяйка дома выкинула его в выгребную яму в туалет. В преступлении женщина не сознавалась, пока мы не нашли тельце малыша...
Расследование тяжких преступлений - это всегда испытание. Но именно оно учит самому главному: профессионал должен сохранять хладнокровие и объективность, какие бы эмоции ни вызывало происшедшее. Расследование - это не эмоция, это строгая логика, точность и беспристрастный анализ. Это умение отделять личное от служебного.
— В работе следователя бывают моменты отчаяния, когда дело «не раскрывается». Что вы посоветуете молодым коллегам в такой ситуации?
— Нужно понимать, что раскрытие - это часто марафон, а не спринт. Если все очевидные шаги сделаны, а результат не достигнут - это не тупик, а повод для стратегической паузы. Необходимо отложить дело, дать себе время, а затем с абсолютно свежим взглядом, иногда вместе с коллегами, заново проанализировать все материалы. Очень часто именно такой перезагрузки не хватает, чтобы увидеть упущенную деталь, которая и ведет к истине.
Бывают такие дела, которые удается раскрыть только спустя годы. В начале 2000 годов в Ленинске-Кузнецке в отношении несовершеннолетней было совершенно насильственное действие сексуального характера. Через какое-то время девушка указала на подозреваемого: пришла к бабушке и увидела у соседей похожего мужчину. Сам мужчина отрицал свою вину. У нас имелся след ДНК преступника, провели экспертизу, но... результаты не совпали. Дело, казалась, было в тупике.
Долгое время преступление было не раскрытым, однако спустя 10 лет мы нашли виновного. В Новосибирске был арестован мужчина за подобное преступление. Было проведено генетические исследование, и мы получили совпадение ДНК.
— Сегодня на первый план выходят цифровые технологии. Значит ли это, что «классическая» следственная школа уходит в прошлое?
— Нисколько. Цифровизация — это мощный инструмент, но он лишь помогает профессионалу. Основа же неизменна: это умение работать с людьми, виртуозно проводить осмотр места происшествия, выстраивать логические цепочки и версии. Технологии не заменят человеческой интуиции, аналитического мышления и живого контакта. Классическая школа — это те «три кита», на которых всегда стояло и будет стоять настоящее следствие.
— Какой самый важный управленческий урок вы вынесли из опыта руководства?
— Главное — это умение видеть и раскрывать потенциал команды. Успех расследования часто зависит от того, насколько верно ты, как руководитель, оценил сильные качества подчиненных и поручил дело тому, кто справится с ним наилучшим образом. Правильно поставленная задача — это гарантия результата и мощный импульс для профессионального роста следователя.
— За 15 лет Следственный комитет прошел масштабный путь развития. Какие изменения вы считаете ключевыми?
— Их несколько, и они системные. Это, безусловно, укрепление независимости и полномочий следователя, значительное расширение подследственности, что повысило нашу эффективность. И очень важно — ведомство стало гораздо более открытым и понятным для граждан. Эти изменения комплексно укрепили авторитет следствия и его роль в защите прав людей.
— Ваши пожелания ведомству и коллегам в этот юбилейный год?
— От всей души желаю Следственному комитету динамичного развития, неустанного укрепления профессиональных традиций и внедрения самых передовых технологий. А всем, кто служит сегодня, и ветеранам, заложившим фундамент этой службы, — крепчайшего здоровья, неиссякаемой энергии, уверенности в своем важном деле и простого человеческого счастья. Чтобы рука всегда была твердой, а ум — ясным. С праздником!
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
По ошибке застрелил водителя «вора в законе», а спустя год довел дело до конца: за что киллер из Кузбасса получил второй пожизненный срок (подробнее).
Кузбасский следователь рассказал, как искусственный интеллект и генетическая экспертиза помогают в раскрытии преступлений прошлых лет (подробнее).