«Они видели Ленина»: кузбасские семьи хранят рассказы и тайны прадедов, лично знавших или встречавшихся с вождем мирового пролетариата
Николай Нефедов (второй с правого фланга) во время учебы в Кремле и защиты Ленина. Фото - архив семьи.
Сегодня - 156 лет со дня рождения Владимира Ленина (Ульянова), создателя первого в мире социалистического государства.
«Был он прост и прям…», - писал о Ленине в числе первых классик.
Но потом «Лениниана» почти век создавала образ идеальный, «словесно-плакатный», передавая и копируя основательно в будущее. И такой Ленин шел к нам из книг, фильмов, учебников. А теперь приходит с ностальгией рожденных в СССР. С воспоминаниями о детстве, где мы, конечно, все первичны, а он, Ленин, просто был дедушкой всех, и был человеком, наш мир с социализмом создавшим, пусть на недолго.
... Но каким был Ильич не из параграфов и стенограмм, а в самой обычной жизни, которую и классики не знали?
А знали деревенская девочка, половшая грядки с клубникой при дворянской усадьбе. Курсант-телохранитель Ленина.
Портной Ильича…
«Комсомолка» расспросила о звездных взлетах и тайнах, о подвигах и просто жизни у потомков кузбассовцев, которым выпала в Истории встреча с Лениным. А кому-то – соперничество или товарищество и даже дружба.
1. Кремлевский портной Гас шил Ленину кепки
В годы «Ленинианы» было невозможно представить, что я когда-то … начну замечать на старых фото разошедшиеся стрелки на брюках Ленина или заношенную ткань его пальто. Да и не только я. Возвышенно о Ленине в мои детские годы думали почти все.
Но был один человек, который видел, следил и мог сказать Ильичу прямо еще в суровом 1920-м: «Давно пора!»
И услышать от Ленина:
- Вы так думаете, дорогой человек? Ну, что ж, ладно.
И дорогой человек мог за ночь сшить копию любимых брюк Ленина. Или кепки. И то была не жена.
А кремлевский портной.
- После смерти Ленина он жил и умер в Кузбассе, и никогда, никому не рассказывал, что обшивал самого Владимира Ильича, председателя Совнаркома. И даже в родне многие об этом не знали – держал рот «на замке»… А нам его тайну раскрыла дочь портного, - рассказывают Нина Федина и Ольга Антонова, сёстры. - И портного Ленина звали Гас Голев…Или Жорж Голев. Жорж – это прозвище.
А была ли фамилия настоящей?… Или она взята в рамках моды на псевдонимы, что была в революцию и постреволюцию? Тогда фамилия Голев - это от народного, устойчивого «голь перекатная».
И по паспорту портной так и был Голев. По национальности – финн.
А как оказался в числе кремлевских портных, в семейных хрониках не сохранилось. Но в памяти осталось, что…
- Гас с женой Нюрой и с маленькой дочкой Тосей жили в Москве – на территории Кремля. Он много работал, шил Ленину и членам Правительства. «Ленину кепки шил», - вспоминает рассказы тети Тоси (дочери портного Гаса) Нина Федина. – Еще Тося говорила, со слов ее родителей, что модные в то время кожаные штаны и куртки элите кроились, шились порой из старых дворцовых диванов.
- И я помню дословно, от Тоси: «Отец обшивал Ленина». А ее мама, для нас – баба Нюра, рассказывала, что их Тося в Кремле росла, как принцесса. Конечно, с поправкой на то время голодное... И это значит, ее, маленькой, хоть семья портного Гаса и жила в Кремле на равных со всем персоналом, все любили и баловали, - добавляет Ольга.
И сестры Нина и Ольга – семье портного Гаса – родня (по линии жены его Нюры).
Образ Владимира Ильича Ленина из "Ленинианы". Фото - соцсети.
Кепка - любимый головной убор Ленина. Фото - соцсети.
А когда и как кремлевский портной Гас с семьей оказался в Сибири?...
... После смерти Ленина в 1924-м персонал-обслугу в Кремле сменили. Гас с семьей уехал в Сибирь, туда, куда вперед – переехала с Рязанщины - родня семьи Гаса.
Так, Ольга Викторова (а мои собеседницы Нина и Ольга из Ленинска-Кузнецкого - ее потомки. – Авт.) – двоюродная сестра жены ленинского портного – Нюры Голевой – перебралась под Ленинск-Кузнецкий в 1921-м. «Всей улицей», «всей большой родней» - переехали в деревню Покровку. А зачем поехали в Сибирь? "От голода". "За землей".
И портной Гас из Кремля, по приезду следом, поселился не в Покровке, а в бараке в центре Ленинска-Кузнецкого, на Коммунистической.
Ему важно было остаться в городе. Он привез с собой единственное богатство – старинную швейную машинку 1895 года выпуска, «…и с нею он попал в Кремль, с нею его и покинул».
И в Ленинске-Кузнецком заказы портному спасали семью, давали кое-какой, впрочем, небольшой годами заработок.
… Но почему портной, обшивавший первых лиц страны, имевший шанс, не разбогател хотя бы в допустимых размерах? Возможно, по причине надвигавшихся и грянувших в стране перемен - в том числе с пришедшей эпохой репрессий. Или не разбогател по судьбе и по внутренним строгим правилам. И жизнь Гас (Жорж) дожил с очень скудной едой и бытом. Но в труде, в семье и спокойно.
- Доживал он в бедности, - помнят Ольга и Нина. – Мы в 1960-х были детьми и хорошо помним семью Гаса. Барак Голевых и дом нашей тети стояли рядом. Тогда портной уже умер. Жена портного, старенькая баба Нюра, и дочь портного – Тося, работавшая на заводе «Кузбассэлемент», часто приходили к нашей тете в гости. И мы - с рынка - тоже. Там все и встречались.
И мы и детьми, и позже, не раз бывали в бараке у Голевых. Это был старый черный двухэтажный барак на четыре семьи. У каждой – свое крылечко, свои сени, крошечная кухня с печкой и комнатка. У Голевых туда входили две железных койки, столик и швейная машинка. Из вещей – минимум.
Ни портновского изыска, ни полёта, ни творчества.
И, выходит, портной Ленина, поднявшийся однажды так звёздно, так высоко…, но как лишился клиента N1, так и лишился удачи...
Барака портного Гаса давно нет, сгорел. Там отстроен другой дом.
Талант портного по прямой не передался по наследству. После Гаса-Жоржа на его швейной машинке никто у него дома не шил.
И о том, что Гас Голев был портным Ленина, его родные даже родне открыли уже после его смерти.
А в начале 1980-х дочка портного Гаса – тетя Тося, решив, сколько можно хранить, продала машинку Нине.
За машинку Нина отдала дорого: 25 советских рублей. И 45 – наладчику-мастеру.
И швейная машинка ленинского портного Гаса до сих пор работает, как часы. Шьет и тончайший шелк, и грубую кожу сапог, и даже чинит колом стоящий старый брезентовый рюкзак для рыбалки, и запросто стежет толстенное одеяло. И, было в 1990-е, машинка много шила для ребятишек.
Теперь шьет редко. Но машинка работает до сих пор - тарахтит с упоением. Как когда-то в молодости - как когда-то в Кремле.
ЗВЕЗДА: портной Голев в молодые годы работал в кремлевском ателье.
ТАЙНА: швейная машинка Гаса Голева хранится в кузбасской семье и «помнит» Ленина.
Родня портного Гаса Голева. Его внук Виталий - в верхнем ряду крайний слева. Фото - архив семьи.
Ленинск-Кузнецкий. Много лет назад - по левой стороне улицы - стоял барак, в котором жил портной Гас Голев.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Она шьет до сих пор идеально.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Та самая швейная машинка ленинского портного Гаса Голева.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Машинка - конца XIX века.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Ольга показывает, как ровно идет строчка.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Машинке больше ста лет. Ее строчка.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Она спокойно шьет даже грубую сапожную кожу.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
P.S. Как пояснили в музее в Горках, «...к сожалению, из вещей Ленина – из его кремлевской квартиры – ничего не сохранилось... Гардероб Ленина был невелик - Владимир Ильич одевался скромно. У него был единственный заграничный костюм, купленный еще в апреле 1917-го, в магазине «Pub» в Стокгольме, по дороге в Россию, недорого. Остальное – шили русские портные. И в Кремле портной был не один. Персонал Кремля был большим. Вообще в то время 1200 семей жили в Кремле, и всем нужна была одежда… По воспоминаниям, Ленин одевался просто, как клерк или хорошо оплачиваемый рабочий… Не модничал. Хотя носил белые рубашки. Для 1918-1919 годов это был единственный шик, в стране была разруха..»
P.P.S. Но хотя бы знаменитая кепка Ленина, хотя бы одна, сохранилась? «Нет, - ответили в музее в Горках. - Но есть френч, полушубок, сапоги, ботинки, очень простые и еще при жизни - с заплатами». – «А каким Ленин был клиентом для портных, по размерам и телосложению, - трудным?» - «Стандартным. Рост - 167 см. Размер обуви – 39. Одежды – 48 - 50. Имел хорошо развитую мускулистую фигуру». – «Но трудно было шить на него головные уборы? У него же слишком большая голова..." - «А вот это преувеличение. У Ленина, судя по хранящемуся в музее гипсовому слепку, идеальный череп. Так что портные наверняка работали с Лениным с удовольствием».
Ленин одевался скромно. Но белая рубашка и кепка были им особенно любимы. Фото - соцсети.
Вопрос на засыпку
Первая кепка у Ленина была в сибирской ссылке?
Что было у Ильича на голове, когда тонул в охотничьем азарте в болоте…
На памятниках, ставших со сменой эпох и курса страны историческим наследием, Ленин изображен то с кепкой на голове, то с кепкой в руке. Принято считать, он, дворянин, сменил шляпу на кепку в революционном, рабоче-крестьянском 1917 году, чтобы не выделяться. И кепку полюбил.
Но как-то слишком быстро, легко прошла смена имиджа - головных уборов для Ильича в 1917-м, в революцию. А что, если Ленин к кепке привык, полюбил ее еще зАдолго? К примеру, в сибирской ссылке, в Шушенском, в 1897 – 1900-м. Он, политический ссыльный, часто ходил на охоту с местными охотниками. С зажиточным крестьянином Зыряновым, у которого сначала квартировал, с лавочником Строгановым, с бедняком Ермолаевым.
И охота - дело азартное. Охотники часто были с ног до головы мокрые, грязные.
В Шушенском, в историко-этнографическом музее-заповеднике, сохранились воспоминания про охоту, про Ленина. К примеру, от Зырянова: «По болотам он ходить не умел. Заторопится, бывало, чуть не по уши залезет, насилу его оттель вытащишь. Ну, а дичи прОпасть тогда было. Уток, гусей, бекасов всяких. Вылезаем из болота мокрые…и… сушиться».
Там же, в музее, хранится фото начала XX века. Те же охотники с ружьями – Зырянов, Строганов, Ермолаев. Последние - в войлочных мужицких шапках с отворотом – с защитой от ветра, солнца, от ручейков пота, а Зырянов – в чем-то вроде кепки.
Шушенские крестьяне Зырянов, Строганов, Ермолаев. Начало 1920-х. Фото - архив Историко-этнографического музея-заповедника "Шушенское".
- Это называется в наших краях картуз, - пояснила мне Любовь Бакриева, научный сотрудник Минусинского краеведческого музея имени Мартьянова. – Картуз с мягким козырьком - с дополнительным внутри подкладом из ткани.
– И если Зырянов носил картуз, то мог Ленин, прибыв в ссылку налегке и ходя на охоту с Зыряновым, приобрести в лавке себе такой же? И ходить на охоту в картузе. И, может, потому годы спустя, в 1917-м, Ленин так привычно и просто перешел на кепку-картуз, распространенный в народе.
- Почему бы и нет? Версия такая возможна.
2. Танечка – помощница по дому. Назад, в детство Владимира Ильича
Девочка Таня Иванова росла рядом с Володей Ульяновым.
- Она родилась в Кокушкино примерно в 1870-м или на год, на два раньше. И она - ровесница Ленина или чуть его старше, - рассказывала мне Анна Алемжина из села Топки, внучка Татьяны, отсчитав годы назад, отталкиваясь от даты смерти любимой бабушки в 1961-м. – И «наши» Ивановы, предполагаю, жили в Кокушкино в поколениях.
Кокушкино – недалеко от Казани. Оно начиналось за забором большой дворянской усадьбы. По одну сторону усадьбы были русские дома. По другую сторону – дома крещеных татар.
- Родители Тани и сестра работали на полях. Таню взяли в барский дом - приходить прибираться лет с 13.
И как милая ясноглазая девчушка Таня впервые увидела Ульяновых и каким оказался таинственный и притягательный барский дом изнутри?
В родне сохранились слова про проехавшую мимо «богатую карету» и «вежливых детей и взрослых».
- Рассказывала она и про красивые шторы, красивый дом. Но главное - про мир и лад в семье Ульяновых…
- И много было у Тани работы?
- В помещичьей усадьбе – ее всегда много. И на огороде, может, работала, и на кухне...
- А с семьей хозяев – со взрослыми и с детьми, Таня освоилась, подружилась?
- Про детей, про Володю – не рассказывала. Маленькими, может, и играли вместе. А потом у нее – дела по дому. И она, наверное, все же старше была Володи Ульянова. А вот про отца его вспоминала, говорила: «Уважительный был Илья Николаевич. Очень внимательно ко всем относился, и к семье, и к крестьянам. Выходил во двор – со всеми поздоровается, каждого спросит, как живете, как, чего. Великолепный был человек, душевный... Плохого слова никому – никогда...»
- Но почему ваша бабушка Таня про Володю не вспоминала?
- У дворянских детей была своя жизнь. У крестьянских своя. И будущее тоже. И Татьяна в 17 лет вышла замуж за Игната Мурзайкина, переехала жить в другое село.
… А работала Таня Иванова в усадьбе в Кокушкино примерно в 1881-1885-м, в спокойные годы, когда Ульяновы жили в Симбирске и приезжали в Кокушкино на лето. Она помнила тепло тех лет и встреч. И «постоянно звуки рояля и прекрасную музыку».
Кстати, усадьба в Кокушкино была наследством по линии мамы Ленина - Марии Ульяновой (Бланк). Как пояснила Диляра Хабибрахманова, младший научный сотрудник историко-культурного музея-заповедника «Ленино-Кокушкино», доктор Бланк, овдовев, взял ссуду на дом, когда еще его дети были маленькими, и здесь росла и мама Ленина… А выросла она, вышла замуж за Илью Николаевича Ульянова. Родились старшие дети Ульяновых. Потом - Володя. И в тот же год умер доктор Бланк (дед Володи Ульянова). И усадьба перешла в равных долях пяти дочерям доктора Бланка. И они, согласно доле, каждый год получали прибыль от земель и продолжали гасить ссуду. Так, у Ульяновых была во владении одна пятая часть усадьбы в Кокушкино.
- И Ульяновы туда приезжали на лето, но Илья Николаевич мог не всегда. И, видимо, его приезд так хорошо и запомнила крестьянская девочка. Ведь он, педагог, кандидат математических наук, всю жизнь – в образовании, умный, начитанный, производил впечатление... – пояснила Диляра, добавив по Тане, что фамилия Ивановы в те годы в Кокушкино было частой, да полдеревни Ивановых было.
- А насчет богатого убранства дома, каким его запомнила Таня…
- Имение было приобретено в долг, и потому - в нем жили без лишнего. Разве что в кабинете дОктора был зеленый стол, обитый бархатом, кресло. В зале – кресло, рояль… Но кровати железные… А флигель, где, приезжая, жили Ульяновы, - сруб с небелеными стенами.
Усадьба в Кокушкино недалеко от Казани. Дом деда Ленина - Александра Бланка. Фото - музей-заповедник "Ленино - Кокушкино".
Флигель в Кокушкино, куда приезжали на лето Ульяновы. Фото - музей-заповедник "Ленино - Кокушкино".
… Таня Иванова, в замужестве став Мурзайкиной, уехав из Кокушкино, не знала, что у Ульяновых случилось потом. Что через год после ее переезда, уже в 1886-м умер глава семьи - Илья Николаевич. Весной 1887-го – были арестованы старшие дети Ульяновых – студенты Александр и Анна, за покушение на царя, Сашу казнили, Аню сослали в ссылку на пять лет в Кокушкино. Мать и остальные дети перехали в Казань, чтобы быть поближе к Кокушкино.
А 4 декабря 1887-го первокурсник Володя Ульянов пошел в первых рядах студенческой сходки в Казани, и после ареста его отправили тоже в ссылку в Кокушкино, но на год, и так начался его путь в революцию.
И усадьба была продана в 1898-м.
И ее сожгли в революцию мужики.
… А Татьяна Мурзайкина (Иванова) в 1913-м переехала из Центральной России в Сибирь с мужем и с детьми (их уже было семеро). И всю жизнь прожила в кузбасском поселке Сибирском.
… Про то, что в ее детстве – юности были «те самые» Ульяновы, она сама узнала через много лет после Октябрьской революции. Поняла (когда в СССР заговорили о «ленинских» местах и о жизни Володи Ульянова в Кокушкино), что Ульянов – Ленин, «...который стал руководителем советской страны», «перевернул весь белый свет», - и есть Володя, один из шестерых детей Ульяновых - Марии Александровны и Ильи Николаевича.
Но рассказывала Татьяна Дмитриевна об «ее» Ульяновых лишь пару раз за жизнь – внучкам.
И история эта оставалась даже в большом роду ее известной немногим.
Пока внучка, Анна Алемжина, не издала о большой сибирской семье книгу и в ней - привела бабушкины слова и про Ульяновых, и про усадьбу.
… И жизнь Ульяновых Таню Иванову, неграмотную девочку из крестьянской семьи, не только поразила.
Но и на жизнь ее и потомков ее повлияла.
Среди потомков Тани Ивановой, больше 100 лет назад помогавшей Ульяновым в Кокушкино по хозяйству, - председатель колхоза Николай Мурзайкин и еще много отличных советских «производственников». А еще много учителей, воспитателей, институтских преподавателей и руководителей вузов. А правнук Алексей Патшин – поэт, переведший «Слово о полку Игореве» и построивший музей «Слова...», лауреат Национальных премий.
Татьяна Мурзайкина (Иванова) в нижнем ряду вторая справа. Ее внучка Анна Алемжина стоит за ней. Фото - архив Анны Алемжиной.
Потомки Татьяны Мурзайкиной (Ивановой). Фото - архив Анны Алемжиной.
И много в роду Тани Ивановой, так сложилось, мальчишек с именем Володя...
И система воспитания, передающаяся в семье ее из поколения в поколение, - уходит корнями в одаренность рода плюс принято лучшее, что было встречено в жизни, в том числе, что было встречено девочкой Таней – у Ульяновых.
… Анна Алемжина записала по памяти наказы по воспитанию, идущие от мамы, а той – от бабушки – Татьяны Дмитриевны Мурзайкиной (Ивановой). И в них – словно эхо педагогических разговоров и наработанных лучших практик от родителей Ленина.
«Никогда не ругайте и не наказывайте детей при людях, на народе!»
«Не говорите ребенку, что вы его не любите, как бы он ни досаждал вам».
«Никому, чужим людям не рассказывайте о том, какие плохие твои дети».
«Никогда не выгоняйте из дома".
"Не говорите, что ребенок такой-сякой, плохой, никудышка".
"Не говорите, что вот тот хороший, а ты нет, не достоин, не надо сравнивать, каждый ребенок – сам по себе».
«Не наказывайте едой».
«Не выделяйте одного из всех, все дети – равны, они все – твои, какой бы палец ни ударил, больно одинаково».
«Живите дружно, помогайте друг другу, по одиночке вас могут обидеть, а вместе вы – сила».
- Бабушка словно в детстве навиделась доброго в семье Ульяновых, и запомнила, как надо делать, и дальше передала... – делилась со мной Анна Алемжина. - И я не помню, чтобы она кричала на ребят или, не дай бог, ударила, никогда. Она брала озорника за руку и так, смотри в глаза, не вздумай соврать, мы воспитываем на правде.
Внучка Тани Ивановой из Кокушкино - Анна Алемжина. Фото - архив Анны Алемжиной.
… На днях родные простились с внучкой «девочки Тани из Кокушкино» - с Анной Сергеевной Алемжиной, прожившей долгую, светлую жизнь. На похоронах было много родных и друзей. Говорили про ее большое сердце. Вспоминали про благодаря ей не пропавшие, вышедшие на обложке книжки про их семью педагогические тезисы. Вспомнили еще один подзабытый, но важный тезис, не вошедший в книгу. «Никогда не ругай мужа, детей, не покормив». Он – от Анны Алемжиной лично, в дополнение к тезисам бабушки Тани и семьи Ульяновых.
ЗВЕЗДА: Татьяна Иванова подростком помогала по хозяйству в доме Ульяновых в Кокушкино.
ТАЙНА: девочкой Таня запомнила главные тезисы по воспитанию, звучавшие в доме Ульяновых, и передала их потомкам и дальше. А еще в Кокушкино во всех домах были дорожки с красной нитью. Во флигеле Ульяновых – тоже. Их вязали, распустив старые вязаные вещи. У потомков Татьяны в селе Топки – до сих пор такие же притягивающие взгляд, удивляющие «интеллигентные» дорожки, «ульяновские».
Ансамбль "Сударушки" в 1990-х. Анна Сергеевна в верхнем ряду, вторая справа. Фото - архив семьи.
Коллектив "Сударушки", которым руководила Анна Алемжина. Фото - архив Анны Алемжиной.
3. Иван Лукич. Тысяча и один вечер на крылечке с Лениным
Иван (Ян) Проминский был другом Ленина в Шушенском, в сибирской ссылке.
И был «политическим» из Польши, бывшей тогда в составе России.
А после ссылки 10 лет прожил в Кузбассе. Как пояснил «КП» Николай Морозов, старший научный сотрудник ФИЦ УУХ СО РАН, кандидат исторических наук, Проминский жил и работал в Тайге.
Иван Лукич Проминский в годы жизни в Тайге. Фото - архив Николая Морозова.
… Итак, эта история началась 16 июня 1897-го. В Шушенском.
Местное «надзорное» начальство Ивана Лукича, прибывшего на три года ссылки, не встретило. Писарь сказал, завтра.
А как в незнакомом Шушенском найти ночлег, и у кого - спросить?
Писарь махнул в сторону одной избы, сказал про квартиранта - и тоже политического, мол, он подскажет.
И так 38-летний Проминский постучал в дверь неизвестного товарища. Вышел 27-летний Ленин. И, конечно, услышав про ссылку, обнял. И Иван Лукич на тот момент пока что в двух словах рассказал всю свою жизнь, и про стачку в Лодзи, и про арест, и что в Бутырке сидел с Кржижановским (с другом Ленина, который был сослан в ссылку тоже - в соседний Минусинск . – Авт.). А Ленин сказал, как живет уже больше века в Шушенском пересказ этой встречи:
- Теперь нас в Шуше будет двое.
Организаторы и члены "Союза борьбы за освобождение рабочего класса". Петербург, 1897 год. Его организаторы были высланы в сибирскую ссылку. Фото - Историко-этнографический музей-заповедник "Шушенское".
- И что тогда Ивана Лукича в Ленине поразило?... – написала мне из Омска Наталия Смирнова, родственница по линии младшего сына Проминского, художник, биограф. - Вот его первые слова о Ленине: «Никак не подумаешь, что перед тобой политический ссыльный, брошенный в таком возрасте в далекую глухомань. Ни тени уныния, растерянности. Напротив, весь он — сгусток энергии...»
И, где Проминским жить (а Иван Лукич приехал в ссылку с женой и с пятью детьми), Ленин нашел сразу.
- Отвел в дом напротив, метрах в пятнадцати от того дома, где квартировал Ленин (с 8 мая 1897-го, тоже прибывший в ссылку на три года. – Авт.), - дал расклад историк Юрий Волченков из Шушенского. – И так они стали соседями.
... И шли дни. Ленин помог Ивану Лукичу написать прошение о пособии. Проминские обживались, возились с огородом. Ленин с Иваном Лукичом ходили на охоту, рыбалку... Вечерами – уже с добавившимся третьим политическим – с Оскаром Энгбергом – собирались у Ленина, слушали его, читали. И много пели песен с Лениным...
И были молоды – шутили, даже дурачились. На одной из прогулок – когда шли все вместе – взрослые, дети - в поле, Иван Лукич на голову встал – под счастливый визг своих ребятишек.
А как к Владимиру Ильичу следующей весной приехала Надежда Крупская, и они в июле обвенчались, и хоть и переехали в другой дом, продолжали дружить с Проминскими уже семьями.
И Ленин с женой «мечтали о мощных рабочих демонстрациях», в которых когда-нибудь примут участие, слушая «рабочие» рассказы Проминского.
- Иван Лукич в Лодзи работал, скорее всего, на Белой фабрике Грейера. Всеобщая стачка рабочих была в мае 1892-го. В ней участвовало около 10 тысяч человек. В Лодзи ввели военное положение… Стачка прекратилась, фабриканты оплатили рабочим дни забастовки, а в начале 1893-го сократили на час рабочий день и несколько повысили зарплату... – восстановили прошлое родные и потомки Проминских. - И у нас предположение, он был не только первоклассным портным, но и был бухгалтером: ему доверили сбор денег для печати революционных изданий. За те издания после очередной вспышки восстания Иван Лукич и был арестован и выслан в Шушенское.
И Шушенское стало для ссыльных большой проверкой.
- Работать по профессии Проминский – шляпник – в Шушенском не мог, не было фетра, из местного войлока попробовал - не то, да и наш климат – не такой, и шляп не носил никто, - рассказали в музее-заповеднике в Шушенском. - Кормить семью (восемь человек, в Шушенском родился еще ребенок) было тяжело. И Ленин с женой Проминским помогали деньгами. Еще Ленин ходил бить зайцев, и шкурки детям Ивана Лукича на шубки шли... Ведь пособие, на которое Проминские жили, было небольшим... В отправленном прошении, написанном, кстати, Лениным за Проминского, перед концом срока, насчет денег для возвращения семьи Проминского на родину, сказано про маленькое пособие – 19 рублей 32 копейки… На них прожить было трудно, столько детей надо было накормить, одеть и обуть.
... И Ленин Проминских выручал, помогал.
А вечерами, с Иваном Лукичом, по-родственному, любил вместе сидеть на крылечке, смотреть на закат и говорить о текущем моменте и закате капиталистического мира. И о близком рассвете – о социалистической революции. И дети Проминского слушали их.
… И в 1917-м Иван Лукич, постарев (ему было уже к 60), по силе и возрасту не был в революции всех впереди, пояснили историки из Шушенского. Уже его выросшие дети в революцию мощно вступили.
... Но о том, что они знают Ленина, ни родители, ни дети Проминские после ссылки никому не рассказывали - из скромности.
- Только в 1920-м были по поводу Ивана Лукича Проминского, от Ленина, вдруг две телеграммы – «... прошу оказать всяческую помощь моему товарищу по ссылке..., смазчику вагонов... Он уже стар...» - рассказали в музее-заповеднике «Шушенское». - Одна в Иркутск, вторая в Польское бюро при ЦК РКП (б). Но нет документа, чтобы сам Проминский Ленина о чем-то просил.
И в 1923-м Иван Лукич, как в ссылке и позже очень мечтал, поехал с семьей на родину, в Польшу.
- Но умер на границе, в пересыльном пункте от тифа. Семья вернулась в Сибирь – к одной из старших дочерей... – продолжает Наталия Смирнова. – А пришел 1937 год, и тот год стал шоком: в семье Проминских и породнившихся с ними Пальчевских, Тхоржевских, Нюхаловых было много потерь.
И когда в 1969-м встретились под Иркутском две дочери Проминского – Софья и Янина и вдова их самого младшего брата Генриха – Болеслава и их потомки, то были – одни женщины.
Сейчас потомки и родные через столько лет собрались снова – уже в Сети. По крупицам восстанавливают судьбы и даты после далеких репрессий.
… Жена младшего сына Ивана Лукича – Генриха – с дочкой в 1990-х вернулись с севера в Шушенское. Там, на большой территории музея, сохранился дом, где жил в ссылке с семьей Иван Лукич Проминский в конце XIX века. И, подойдя к нему, можно представить время большой семьи, еще без потерь... И вспомнить семейные рассказы, как жена Ленина любила ребятишек Проминских и вязала дочкам Ивана Лукича кружевные воротнички, учила детей читать, писать, считать. Как Ленин просил своих родных в письмах присылать детских книжек – для Проминских. Как мечтавшие о детях Владимир Ильич и Надежда Константиновна поставили первую в истории Шушенского новогоднюю елку – для детей Проминских и для других ребят, и водили с ними хоровод, и угощали сладостями.
Владимир Ульянов и Надежда Крупская обвенчались в Шушенском в ссылке.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
Шушенское, музей-заповедник. Сохранившийся для Истории дом, где жил Ленин с женой и тещей.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
… А характер Ивана Лукича Проминского, товарища Ленина по ссылке, можно представить по… советскому телесериалу «Вечный зов». Несгибаемый Поликарп Кружилин в фильме, сыгранный Петром Вельяминовым, точь-в-точь Иван Лукич.
Кстати, прототип не просто в общем взят из большой истории страны. Но и… Актерская семья Вельяминовых породнилась в свое время с Проминскими – с «веткой» младшего сына – и много знала про Ивана Лукича.
ЗВЕЗДА: Иван Лукич – соратник Ленина, друг, сосед по сибирской ссылке.
ТАЙНА: крылечко в Шушенском сохранилось до сих пор, где Проминский с Лениным сидели и мечтали о революции. Оно, с парадными колоннами из кедра с двух сторон, - во втором доме, где квартировал с семьей Владимир Ильич Ленин.
4. Прадед актера Владимира Машкова спорил с Лениным
Знаменитый актер Владимир Машков родом из рабочего Новокузнецка.
Новокузнецк. Школьная агитбригада, 1981 год, Владимир Машков - с гитарой (слева). Фото - архив школы N26, Новокузнецк.
Но «корни» его не только российские, дворянские. В том числе итальянские.
И, самое главное, революционные.
Об этом с выходом сериала «Григорий Р.» 12 лет назад рассказал старший брат актера – Виталий Никифоров.
- Прадедушка, прабабушка в начале XX века были в пекле главных революционных событий страны, - пояснил мне Виталий.
Он – старше брата-актера и «... прабабушку нашу, по маминой линии, Меланью Францевну Севрук, я живой еще застал, вот в ее роду были итальянцы».
- А мужем Меланьи Францевны был Евгений Зеленский, фанатично преданный революции, - сказал Виталий. – Его партийный псевдоним – Л. Надеждин. Ленин с ним не раз спорил. Они расходились во взглядах, например, на партийную печать… Но Надеждин позже был даже в советскую энциклопедию внесен, затем - вычеркнут.
И этого оппонента Ленина – Л. Надеждина – выпускники советских вузов, изучавшие на первом курсе «Историю КПСС» и обязательный ленинский труд «Что делать?», - наверняка помнят.
В «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» Надеждину отведены целые страницы и море ленинских вопросительных и восклицательных знаков.
И в истории русской революции Надеждина называли «пылкий революционер», за горячий характер и за горячий курс его и стратегию – революцию надо делать быстро. Сам Надеждин в рекомендованных им, решительных акциях не участвовал – болел, сгорал от чахотки.
А вот ленинский курс – на революцию – был поэтапным, последовательным, неспешным.
Но, в общем-то, с точки зрения нынешнего века, Ленин с Надеждиным, с прадедом актера Машкова, расходились и не особо. Надеждин чувствовал «канун» революции, боялся её пропустить и торопил. А Ленин призывал с газетой «Искра» к неспешной: чтобы готовить массы постепенно, говорить о единой организации, о каждом шаге в газете и ко времени штурма монархии революционеры с массами уж слились бы.
- ... Надеждин до революций не дожил. Он, отсидев в Петропавловской крепости, был выслан с семьей из России и умер в Неаполе, молодым, - еще пояснение мне от Виталия Никифорова. – Меланья Францевна (тогда вскоре вернулась в Россию. - Авт.) прожила долгую жизнь. И в 1960-м написала воспоминания о революционном движении, в котором они с мужем участвовали, о России их молодости… И эта толстая рукопись, отпечатанная на печатной машинке, хранилась у нас в семье долго. Перед началом съемок телесериала про Распутина я показал рукопись брату Володе. И он, впервые о ней узнав, забрал ее с собой в Москву.
И, готовясь к съемкам, изучая архивы в поисках нужного образа и знаний о России тех лет, Машков прочитал записи прабабушки... И сыграл в кино, как всегда, горячо и блестяще.
Владимир Машков в роли Григория Распутина. Фото - соцсети.
5. На посту. Военный Оскар. Николай – телохранитель Ильича
Как рассказали «КП» в областном краеведческом музее, кузбассовцев, встречавшихся с Лениным, единицы. Самый известный из них – Оскар Орбет.
Пропуск Оскара Орбета. 1919 год, Петроград. Фото - Госкаталог. РФ.
Оскар Орбет был в Красной Армии с первых её дней. Фото - Госкаталог. РФ.
На встречах со школьниками, студентами, рабочими, в интервью журналистам в 1950-е Орбет, полковник в отставке, рассказывал: он видел Ленина, слушал Ильича дважды.
В первый раз - в апреле 1917-го, когда Ленин приехал в Петроград. Тогда унтер-офицер Орбет «ходил ко дворцу Кшесинской слушать речь вождя партии большевиков». И, видя, как люди воодушевлены Лениным, думал: «Откуда такая сила у этого человека?»
Дальше – больше. В феврале 1918-го Орбет вступил добровольцем в 1-ю Петроградскую рабочую дивизию. Потом учился на 1-х Советских пехотных курсах. (Зачислен по письму-рекомендации Горького.) В начале 1919-го вступил в Компартию. Стал депутатом Петроградского Совета.
- А затем произошло нечто – незабываемое, - говорил он на всех встречах годы спустя.
... 12 марта 1919-го на заседание Петроградского Совета зашел только что приехавший из Москвы Ленин и сел в конце зала. Его, конечно, заметили. Под аплодисменты – попросили в президиум. Потом – сказать речь. И Ленин говорил о текущем моменте – о мировой и внутренней ситуации.
- Вслед за Ильичем слушавшие его (в их числе Оскар Орбет. – Авт.) приходили к выводам: спасти положение может только героизм народа, и рабочие Питера … должны быть всегда в авангарде.
… И Гражданская война продолжалась. Командир Орбет награжден за нее двумя орденами Красного Знамени. Один из орденов – за операцию по взятию города Орехова (под Мелитополем), где Орбет распорядился ударить с тыла, в спину белым, и пойти на внезапный штурм не с "Ура!", а с песней «Интернационал». И эта боевая история стала легендарной. Еще и потому, что раненый в том штурме Орбет попал в Орехове в плен, белые его повели на расстрел, он бежал, пробился к красным. И красный командир Орбет наутро повел бойцов на штурм Орехова снова и взял город.
Позже, в конце 1920-х, была написана и поставлена по стране пьеса «Ленинские юнкера», она с аншлагом шла по театрам, ДК, – и Орбет, к тому времени комбат 12-го отдельного экстерриториального батальона 4 Башкирского территориального полка, себя в герое пьесы с удивлением узнал.
И Оскар Карлович Орбет перед Великой Отечественной преподавал в военных училищах.
В годы войны преподавал в Кемерове, учил курсантов-пехотинцев.
И, выйдя в отставку, продолжал служить стране – рассказывать новым поколениям о революции, о Ленине, Горьком, о создании Красной армии. О боевых товарищах в Гражданскую и о подвиге нашей страны, победившей фашизм.
… И, годы спустя, Николай Нефедов, другой герой Гражданской войны и тоже наш земляк, завархивом обкома партии, узнав про хранящееся письмо-рекомендацию Горького для поступления в школу красных командиров, уговорил Орбета передать письмо в музей.
То самое письмо-рекомендация писателя Максима Горького, чтобы Оскара Орбета зачислили в школу красных командиров. Фото - "Сибирские огни", 1958 год (городской музей им. Плотникова, г. Березовский).
… И ведь у самого Николая Нефедова тоже был всю жизнь свой уникальный исторический документ!
Николай Нефедов в молодости. Фото - архив семьи.
Он вел дневник с 1916 года.
Это тяжелая «амбарная» книга с записями. она, в первую очередь, - архив его памяти. А еще, считай, готовый сценарий для кино о Гражданской войне или основа для исторического романа.
И в дневнике – вера, правда, без прикрас.
- Я знала, что отец годами что-то продолжал писать. В последние его годы – уже места не хватило – и он в записных книжечках записи вел, - рассказала мне дочь, кемеровчанка Алла Николаевна. – А прочитала я дневник его уже после его смерти, в 1980-м.
В дневнике – жизнь Николая, парня из крестьянской семьи, ушедшего за мечтой о небывалой в мире советской стране. И в дневнике «читается» жизнь всей вздыбленной после революции России, которая не только воевала, теряла близких, жила в голоде и холоде, но и много читала, смотрела балет и даже училась фехтовать. И училась «…жадно разбирать на уроках политграмоты партии и классы», писал кремлевский курсант Нефедов.
Ему, к тому же, выпало стать телохранителем Ленина (переведем так на современный язык службу курсанта Кремлевских пулеметных курсов и его дежурств у двери квартиры Ленина).
- Заступал на пост в восемь утра, сдавал - в десять вечера, а если заступал в ночь, то, отец вспоминал, что Ленин заканчивал работу поздно, возвращался к себе к часу ночи, - поясняет Алла Николаевна. – И что удивляло: Ленин всегда, каждый раз, показывал пропуск. Так учил людей дисциплине… И дисциплина для красных была делом главным. А однажды Ленин спросил у отца, получает ли письма от родных. И услышав, что нет, что родная отцовская Уфа – всё еще под белыми, Ленин первым его обрадовал, сказав: «Уже нет».
Николай Нефедов в годы Гражданской войны. Фото - архив семьи.
… В дневниках и письмах Нефедова его душа не скрывала: они, бойцы Красной Армии, романтики, в любой миг готовые на смерть. И, было, Николай Нефедов прислал домой с поля боя в письме цветок. Красный мак. И цветок тот, с Гражданской, «живет» второй век, сохранив форму, цвет. И Нефедов в том письме сообщал: «… раз мы написали на своем знамени «Победа или смерть», то отступать не будем, а пойдем вперед и вперед».
Мак с поля боя, присланный Нефедовым во время Гражданской войны домой, хранится больше 100 лет.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
И даже картина голода тех тяжелых лет юной советской страны («… Москва за последние дни буквально голодает, хлеба совсем не выдают, на Сухаревке его продают по 80 рублей за фунт. Жизнь очень трудная, почти невозможная») могла бы вызвать у красного бойца колебания. Но уж на следующий день, записал он в дневнике, в город пришел первый поезд с зерном.
… С тех пор прошло много лет… Потомки Нефедова относятся с уважением к истории и красных, и белых, говоря, это История страны. А, вспоминая, как отец охранял Ленина, произносят его слова с особенным уважением и теплом – так, как всегда вспоминал Ильича и рассказывал о нем кремлевский курсант Коля Нефедов.
ЗВЕЗДА: военные Оскар Орбет и Николай Нефедов были в числе тех, кто видел Ленина.
ТАЙНА: кемеровчанин Николай Нефедов всю жизнь хранил цветок, сорванный им после тяжелого боя, времен Гражданской войны. А Оскар Орбет на пенсии, в своем доме в Кургановке на въезде в Березовский, увлекаясь рисованием известных полотен-копий, написал картину «Ленин на трибуне». Так Орбет, прожив долгую, славную, трудную и счастливую, боевую и трудовую жизнь, воссоздал, вернул самый важный день для себя - День, когда он видел Ленина.
Николай Нефедов в Великую Отечественную войну дошел до Берлина. Фото - архив семьи.