Георадар, тест ДНК и новые возможности дактилоскопии: кузбасский криминалист рассказал, что помогает раскрывать преступления

Следователь-криминалист следственного управления СК России по Кемеровской области-Кузбассу Евгений Ватутин.

19 октября отмечается День образования службы криминалистики. Накануне праздника старший следователь-криминалист отдела криминалистики следственного управления СК России по Кемеровской области - Кузбассу Евгений Ватутин рассказал корреспонденту «КП»-Кемерово» о новых технологиях в криминалистике, возможностях генетической экспертизы и о том, чем современная дактилоскопия отличается от того, как ее понимали и применяли 100 лет назад.

Чем занимается криминалист

- Служба криминалистики старше самого Следственного комитета - ей 72 года. В 1954 году по приказу Генерального прокурора СССР в стране были введены должности прокуроров-криминалистов. Когда происходила реорганизация, и следственный комитет стал самостоятельным органом, служба криминалистики вошла в его состав.

Задача службы - это криминалистическое сопровождение предварительного расследования, организация взаимодействия с экспертными учреждениями, применение различных методов и криминалистической техники для раскрытия преступления, а также аналитическая работа по линии расследования преступлений прошлых лет.

От фотоаппарата и лупы до георадаров и источника экспертного света

- В 50-60-х годах на вооружении криминалистики были традиционные экспертизы, методики и техника. Что было в чемоданчике у криминалиста? Фотоаппарат, лупа, дактилоскопические порошки, кисти, гипс для слепков, материалы для смыва биологических следов. Хотя возможности узнать, кому конкретно принадлежат следы, не было - определяли только группу крови.

Сейчас мы уже на месте преступления можем идентифицировать биологические следы - что это кровь, пот, слюна, сперма, и не на глаз, а при помощи тестов экспресс-анализов. На вооружении криминалистики есть, например, источник экспертного света, который позволяет обнаружить скрытые следы, незаметные при обычном осмотре - например, смытую кровь. Различные георадары помогают нам найти тайники, полости в стенах, полах, определить изменение состава почвы - то есть, если мы полагаем, что закопан труп, то можем, не копая, понять, поднимался ранее грунт или нет. Есть специальные наборы зеркал и камер, которые позволяют добраться до труднодоступных мест, не ломая, например, стену. Другие приборы помогают найти скрытые камеры наружного наблюдения. Криминалистика не стоит на месте, методики и техника совершенствуется.

По следам ДНК

- Одно их самых перспективных и быстро развивающихся направлений криминалистики - это судебная генетика. Если в начале 90-х годов генетическая экспертиза выявляла только четыре локуса, то есть анализ ДНК давал нам совпадение один на миллион, то сегодня - 21-25 локусов, это совпадение 99,9%.

Первая генетическая экспертиза по кузбасскому уголовному делу была проведена в 1994 году в Москве, а активно это направление начало развиваться в нашем регионе с начала 2010-х годов, когда появилась генетическая лаборатория при экспертно-криминалистическом центре ГУ МВД по Кемеровской области. В 2024 году также начало работать отделение генетической экспертизы на базе Кузбасского клинического бюро судебно-медицинской экспертизы.

Новые реактивы, современное оборудование обладают очень высокой чувствительностью. Например, сейчас мы можем исследовать не только следы крови или спермы, которые хорошо сохранились, но и так называемые контактные следы - потожировые выделения, которые очень быстро разрушаются. Мы можем получить полный ДНК-профиль преступника из очень деградированной ДНК, сохранившейся на одежде. На заре генетики мы имели бы неполный профиль или вывод что не представляется возможным выделить ДНК. Даже были случаи, когда эксперты исследовали мертвого комара и находили кровь подозреваемого. Это было в центральной России. У нас комаров пока не приходилось изучать, но если говорить о насекомых, то определяли дату смерти жертвы по личинке. Больше 10 лет назад в Рудничном районе Кемерова нашли труп девушки со следами насильственной смерти, он уже был в стадии гнилостных изменений. Чтобы определить точное время смерти, пришлось изымать трупные личинки и в лаборатории определять их возраст. В конечном счете это приблизило нас к поимке преступника. Казалось бы, мелочь, но все эти мелочи очень важны, они создают общую картину.

Успех в расследовании - это не только современные технологии. Это командная игра. Например, если мы говорим о нераскрытых делах прошлых лет, то много зависит от условий хранения вещественных доказательств, от человеческого фактора, когда мы поднимаем дело и определяем, насколько целесообразно назначить новые экспертизы, от мастерства эксперта, от надлежащего исполнения своих обязанностей другими лицами. Например, в Кемерове долгое время оставалось нераскрытым убийство восьмилетней девочки в 2007 году - ее тело было найдено в дачном домике одного из садовых обществ. Помогло найти убийцу то, что в Новосибирске один из сотрудников МВД просто выполнил свои должностные обязанности - внес в базу данных ДНК-профиль мужчины, совершившего преступление. При проверке по федеральной базе геномной информации выяснилось, что этот мужчина - родственник нашего убийцы. Так мы вышли на соседа девочки. Успех дает совокупность работы всех служб. Если где-то из этой цепи выпадает звено, кто-то не сделал свою работу, то цепь рвется и результата нет никакого.

Как ИИ достраивает неполные отпечатки пальцев

- Если в дактилоскопической экспертизе за 100 лет ничего не поменялось, то в поисковой части, в работе с учетами и идентификацией произошли значительные изменения, которые, можно сказать, дают дактилоскопии как науке новое развитие. С помощью современных технологий мы можем распознать отпечатки, которые раньше признавались непригодными для идентификации - это смазанные, нечеткие следы. Нейросеть подбирает возможные варианты капиллярных узоров, что позволяет нам сузить круг поисков. Например, с места преступления было изъято 10-15 следов, пять принадлежат погибшему, 10 были непригодны. Раньше с этим ничего нельзя было сделать, а сейчас мы загоняем их в базу, где ИИ выбирает возможные варианты узоров. Система может выдать нам несколько человек, у кого возможны такие отпечатки. И мы работаем с этим дальше: ищем связи, насколько эти люди были приближены к жертве, опрашиваем свидетелей, проводим другие экспертизы. То есть проверка отпечатков определяет вектор работы, но не является доказательством сама по себе.

Другой важный момент - базы данных по отпечаткам пальцев. Они стали появляться в нулевых, в 2010-х годах и так же, как по ДНК, дают нам новые возможности по расследованию преступлений, в том числе прошлых лет. Так, в этом году благодаря одному отпечатку пальца мы раскрыли убийство двух девушек, совершенное в Центральном районе Кемерова в конце 90-х годов. Преступники уходили через окно, и один из них оставил на раме след. Долгое время мы не могли его идентифицировать. В этом году снова подняли дело, прогнали отпечаток по базе данных и получили совпадение. Мужчина был задержан. Преступление было совершенно до момента, когда появились базы данных, эти следы просто не попали туда.

Важно, что сейчас у нас появилась возможность проведения дактилоскопической и генетической экспертиз в комплексе. Раньше одна экспертиза исключала другую. То есть, если объект обработали дактилоскопическим порошком, биологические следы уничтожались. Если делали смывы для получения биологических следов, то уничтожались капиллярные линии. Сейчас объект окуривается парами цианакрилата в специальной камере без уничтожения биологического следа.

Узнаю по походке: как система видеонаблюдения помогает найти преступников

- Еще одно перспективное направление - система распознавания лиц в видеонаблюдении. Технология хорошо зарекомендовала себя в Москве, из ближайших городов есть в Новосибирске. Система анализирует поток, узнает человека по уникальным чертам лица и сверяет их с базой данных. Благодаря технологии мы можем проследить маршрут преступника или найти без вести пропавшего человека.

С помощью этой системы мы раскрыли серию убийств, сопряженную с изнасилованиями, совершенными в Гурьевске 20 лет назад. Жертвами стали две девушки и пожилая женщина. Обвиняемый отсидел за аналогичное преступление 20 лет, вышел и пропал: уклонялся от административного надзора, сменил фамилию. Встал вопрос, где его искать. Мы выяснили, что, вероятнее всего, он живет в Новосибирске. Но ни по каким базам он не проходил, официально нигде не числился, даже банковская карта не была на него оформлена. Тогда мы «пробили» его по системе распознавания лиц и установили, что он систематически приходит в банкомат в один из ТЦ Новосибирска. Там его и задержали.

Преступлений без следов не бывает

- Идеальных преступлений не бывает. Преступник обязательно оставляет след, но вопрос всегда в следопыте - том, кто идет по следу. Как говорил Глеб Жиглов: неслыханных преступлений не бывает, в каждом деле найдется тот, кто что-то знает. Есть классические методы расследования, которые не изменились за столетия: работа с потерпевшими, со свидетелями, исследование места происшествия, аналитическая работа. Они идут рука об руку с научным прогрессом. Одно без другого существовать не может. Преступник может оставить биологический след: отпечаток пальца, ДНК, обуви, запах. Даже если нет биологических следов, то обязательно найдется цифровой - это камеры видеонаблюдения, различные предметы-идентификаторы (сотовая связь, интернет, банковские карты).

Но человеческий фактор всегда останется главным. Искусственный интеллект, наука задают вектор, а составить единую правильную карту из множества разрозненных факторов может только человек.