2016-07-14T10:30:19+03:00

В гостях – шоумен группы «АукцЫон» Олег Гаркуша

00:00
00:00

Шоумен группы «АукцЫон» Олег Гаркуша: «Я не певец, не музыкант, не танцор и не поэт. Не писатель и не актер. Кто еще?» И так далее. Но все, что я перечислил – все это я. И никуда от этого не денешься».

Кальян:

– Питерский «АукЦыон», Олег Гаркуша у нас в гостях. Известнейший шоумен. И о том, что происходит в жизни и в музыке. Всегда воспринимал «АукЦыон» как настоящий, живой и отдельный организм, существующий, влюбляющийся, уводящий за собой и переживающий определенные проблемы. Что сейчас происходит в коллективе?

Гаркуша:

– Я думаю, что та молодецкая не удаль, а задор, еще что-то, далеких 80-х, он, конечно, несколько преобразился в умудренность, в философию и так далее. Но все равно, та харизма, волшебство и доброта, она осталась от нас, от тех. Но и то, что мы делаем сейчас, это то, что мы делали раньше. Только в более космическом ключе.

Кальян:

– Все 90-е «АукЦыон» провел практически с самого начала до конца в очень больших и крупных гастролях. И нет европейских стран, где бы вы ни были. Ходят легенды о вашем знаменитом автобусе, на котором вы разъезжали.

Гаркуша:

– Было дело.

Кальян:

– Прямо со всей группой. Вы там и жили, собственно говоря. Что происходит сейчас на международной арене? Как часто востребован «АукЦыон» в мире, где все продается и все покупается?

Гаркуша:

– Мы не так часто катаемся, как раньше. И это была громаднейшая школа оттачивания профессионализма. Мы давали по 20–30 концертов в месяц. Это Германия, Швейцария, Дания, Голландия и так далее. Не «миллионэры» мы тогда были совсем. Мы ночевали в барах, ездили на автобусе, питались дешевыми фреш-салатами. Но посещение всех этих стран нам дало общение, кругозор и так далее. На данный момент мы ездим не так часто. У нас два-три концерта в месяц. А за границей… Что у нас за границей? Есть альбом «Прецедент». Надо куда-то ехать. Но, честно скажу, лень, но надо. Если заграница – это Израиль по зиме. И февраль – Америка.

Кальян:

– А только русскоязычная публика приходит на концерты?

Гаркуша:

– Половина наполовину. В Америке был смешной момент. Когда была презентация, на ней были великий музыканты Марк Лебоу и Джон Медески, их тоже любят там. И пришла публика смотреть, как они музицируют, заодно и на нас. Был мощный концерт в очень популярном клубе «Нью-Йорк».

Кальян:

– Борис Гребенщиков рассказывал, что когда он писал свою пластинку «Лилит» с музакантами группы «The band», странно, но у него в гитарном кофре оказалась одна из ваших пластинок. Он дал послушать ребятам и предложил перевести. Они сказали, что все поняли. Что они имели в виду, как ты думаешь?

Гаркуша:

– Я как-то наблюдал картину в Германии. Там два немца обсуждали нашу песню. И один говорил, что он думает об этой песней, другой говорил свое мнение. Дело в том, слова песен – это уже не слова песен. Это музыкальные инструменты в творчестве группы «АукЦыон».

Кальян:

– Тогда и ты являешься очередным музыкальным инструментом группы?

Гаркуша:

– Со мной какой-то нонсенс. В семье не без урода. Есть такая строчка в одной из песен: «Так вот, как на духу, я не певец, не музыкант, не танцор и не поэт. Не писатель и не актер. Кто еще?» И так далее. Но все, что я перечислил, – все это я. И никуда от этого не денешься.

Кальян:

– Если всматриваться в историю, всегда существовали люди, которые выглядели шутами, веселили с утра до вечера. Но случалось так, что они порой управляли целыми странами и государствами.

Гаркуша:

– Было такое.

Кальян:

– Я недавно был на одном из ваших концертов. Увидел несколько новых людей на сцене. Каков состав и как часто он меняется?

Гаркуша:

– Новых – только Владимира Волкова контрабас. Это гениальный джазовый музыкант, который, по-моему, с рок-н-ролльными не сотрудничал. Володя Волков, душевный человек и великий музыкант вписался просто очень неплохо.

Кальян:

– Некоторые считают, что лирика вашей группы на сто процентов понятна только музыкантам этого коллектива. Процентов восемьдесят доступна для некоторых музыкально одаренных музыкальных критиков и ведущих музыкальных программ. А широкая масса воспринимает процентов пятьдесят – пятьдесят пять. Ты согласен с таким заявлением?

Гаркуша:

– Отвечу фразой одного поклонника, который приехал в Питер к нам на концерт с товарищами на хороших машинах. Взрослые люди за сорок лет и так далее. Стоим, курим. Он говорит: «Двадцать лет слушаю «АукЦыон». Ничего не понимаю». Я ему отвечаю: «Я тоже». Вот тебе и весь ответ. Зачем в чем-то рыться и что-то обдумывать? Если это привлекает, трогает, дает позитивную энергию, когда Федоров, допустим, поет очень грустные или щемящие песни, даже если злые, они почему-то добрые. Как это может быть? Но это происходит.

Кальян:

– Федор – уникальный человек. Помимо жизнедеятельности «АукЦыона» у него находилось время на сольные проекты. Скажи, находясь на репетиции, интересно, насколько вы дружны в общении? Насколько вы понимаете друг друга с полуслова, чтобы играть все то, что вы называете музыкой?

Гаркуша:

– Как ни странно, на репетиции с точки зрения музыкальной, понимается с полуслова. Но с годами как-то притершись, когда муж с женой живут уже сто лет, тоже есть некое понимание. Но есть и раздражители, которые в группе присутствуют. Они издавна раздражают. Но если человек, умудренный опытом, есть момент понимания, то он на это внимания не обращает. Надеюсь, что мы доживем до времени, когда группе через полтора года будет 30 лет. Волею божьей, волею того же Федорова чего-то получается.

Кальян:

– Новая пластинка «Юла». Название всегда придумывает Леня? Или это коллективное?

Гаркуша:

– С этой пластинкой странная история. Было два названия «Огонь» и «Юла».

Кальян:

– «Огонь» – первый трек альбома.

Гаркуша:

– Да. И остановились на «Юле». Потом было дадено многих художникам нарисовать изображение. Было выбрано издателями два диска разных. Альбом записывался непонятным образом. В течение года мы приезжали в Москву на концерты и перед каждым концертом заходили в студию, сразу писали песню как правило. Итого: 11 посещений Москвы в год – 11 песен.

Кальян:

– Альбом носит в себе московскую эстетику… Или даже московский вкус.

Гаркуша:

– Та студия, на которой мы записывались, студия Большакова, она понравилась по всем параметрам: звуковым, душевным и так далее. И на этом он остановился. И, по– моему, он счастлив.

Кальян:

– Олег, где будет происходить презентация новой пластинки под названием «Юла»?

Гаркуша:

– Это будет происходить в клубе «Арена». Говорят, в вашем городе это один из лучших залов. Мы после репетиции с нашим директором побывали там, привезли инструменты. Мощь звука и света меня крайне впечатлила.

Кальян:

– Вы абсолютно сумасшедшие люди, этого нельзя не признать. Когда вы выходите на сцену, или Леня Федоров берет свой раритетный фендер 60-х годов, даже Женя Хавтан смотрит на эту гитару с большим удовольствием, потому что звук у джаз– мастера выше всяческих похвал. Скажи, есть ли у «АукцЫона» какая-то тайна, о которой вас, может быть, не спросил никто никогда, или вам бы хотелось о ней рассказать? Или тайны вообще нет?

Гаркуша:

– Это, если не ошибаюсь, фильм «Мальчиш-Кибальчиш»: «Расскажи буржуинам великую тайну». Наверное, тайна как раз и есть тайна, что группа «АукцЫон» живет уже много-много лет, даже десятилетий и сохраняет при этом какое-то волшебство и простоту. Ничем я объяснить не могу. В принципе, приходит человек и смотрит: просто сумасшедшие люди играют, и сумасшедшие люди в зале слушают. Конечно, в хорошем смысле этого слова. И как это объяснить? Ничего непонятно. И музыка такая витиеватая, и слова такие странноватые, никакого припева, куплета. Это непросто, но люди ходят, и много лет. Как это можно объяснить?

Кальян:

– Это такое же музыкальное чудо. Это не является даже таким популярным. В этом, наверное, не было бы тайны. Может быть, вам бы этого хотелось, а может быть, и нет. Представляете, если бы «АукцЫон» крутился, например, с утра до ночи на всех каналах, то жизнь бы другой стала.

Гаркуша:

– В том-то и дело. Если бы крутилась, то мир бы сошел с ума (в хорошем смысле). Люди бы другие стали (в хорошем смысле этого слова), подобрели бы, похорошели.

Кальян:

– Они могли бы выпускать свой пар без всяких различных дурацких транквилизаторов, просто дурачились бы в хорошем смысле этого слова. Потому что своим лицедейством вы не нарушаете никаких заповедей, законов природы. Вы никого не обманываете, вы никого не грабите. Если люди крадут, например, у страны огромное количество каких-то внутренних ресурсов, к примеру, это не считается каким-то дурацким поведением. А дурацким поведением считается то, что ты вышел на сцену в бабочке на голое тело и, на первый взгляд, поешь дурацкие песни. Это-то меня всегда радует и веселит.

Звонок, Василий:

– Олег, насколько я знаю, вы в прошлом году выступали в джаз-фестивале в Коктебеле. Интересно было бы услышать ваше мнение об этом месте. И второй вопрос. Вы никогда с Леонидом Федоровым не дрались?

Гаркуша:

– Нет, я не припоминаю по поводу драки. По поводу Коктебеля. Группа «АукцЫон», по большому счету, крайне неформатная, но почему-то нас приглашают на какие-то странноватые фестивали. Джазовые фестиваль в Коктебеле, праздник еврейской музыки в Израиле и т.д. И в Коктебеле было классно тем, что был какой-то жутчайший шторм, и сцена была практически в двух метрах от моря. А перед нами – море людей. Сзади тебя атакую шторм настоящий, а спереди с тобой вместе громаднейшее количество людей. Это кайф такой безумный.

Кальян:

– Приятно, что Тимур Ведерников занимается этими джазовыми фестивалями. И хорошие группы стали выступать. Хочется всегда показать огромное количество коллективов. Они же есть, они репетируют, сидят ночами, эти парни молодые, которым сейчас по 18–20 лет. И порой у них прорываются такие прекрасные вещи, за которые не стыдно.

Еще звонок, Волгоград:

– Сегодня (6 октября. – Ред.) годовщина гибели Игоря Талькова. Ничего у вас такого нет, чтобы на злобу дня?

Гаркуша:

– Хороший был, талантливый человек. Конечно, очень жалко, что его нет.

Кальян:

– Жалко, что все люди, которые были замешаны в этом совершенно неправомерном действии, потому что стрелять в музыканта нельзя было никогда, даже 200 лет назад, когда стреляли друг в друга даже известные люди, когда все ходили с оружием, никто никогда не стрелял ни в пианиста, ни в музыканта. И все люди почему-то исчезли. Все, кто присутствовал при тех событиях рядом, уже давно за границей, никого нельзя найти. Как это порой случается почему-то в нашей стране.

Звонок, Дмитрий:

– Куда настоящий «АукцЫон» ушел?

Гаркуша:

– А что такое настоящий «АукцЫон»?

Дмитрий:

– Где индивидуальность?

Гаркуша:

– Если бы у нас пропала индивидуальность спустя какое-то количество времени, так она пропала бы, видимо, навсегда. Но так как мы играем регулярно уже третий или четвертый десяток, то я думаю, что ничего не пропало. Те люди, которые к нам приходят, как раз и приходят посмотреть ту индивидуальность, которую излучает коллектив под названием «АукцЫон».

Кальян:

– Мамонов действительно пропал. У меня был недавно Вася Шумов, и мы даже пытались как-то вместе позвонить. Не подходит к телефону, шифруется, скрывается в деревне, не хочет разговаривать вообще.

Гаркуша:

– Ну пропал не пропал… Я был свидетелем концерта «Рок над Волгой», который я вел в этом году второй раз, и когда вышел петь Мамонов на 253 тысячи человек зрителей с одной гитарой, сделал два аккорда и спел какое-то количество песен, я не знаю, как можно было охарактеризовать. Это космос такой, что «АукцЫон» просто отдыхает.

Кальян:

– Мамонов – гений. Скажи, очередная работа, очередная пластинка это какой-то рубеж или очередной этап самосовершенствования? Потому что с каждым альбомом, с каждой новой песней вы становитесь не только старше, но и опытнее, вы становитесь другими людьми. Если бы тебя, например, ангажировала какая-нибудь школа, детский сад или музыкальное училище и попросили бы рассказать, выступить или прочесть какую-нибудь лекцию. С каких слов она бы началась и какими словами закончилась?

Гаркуша:

– Такие предложения поступают, но я как-то скромничаю. Потому что я, несмотря на возраст за 50, – конечно, есть определенный опыт какой-то, но я теряюсь, с чего бы я начал. Наверное, я начал бы с того, что меня волнует, что было у меня за спиной, достаточно жесткое, – это алкоголизм. Я бы начал с алкоголизма, сказал бы: ребята, не начинайте и не думайте (имеется в виду по поводу пития). Потому что это вещь очень серьезная.

Кальян:

– Сегодня некоторое количество поклонников, зная уже, что ты будешь у нас в гостях, написали мне несколько писем с очень серьезными вопросами к тебе. Один из вопросов был таким: «Кирилл, пожалуйста, спросите у Олега, смог бы он сейчас в качестве какого-то приятного времяпрепровождения прийти в театр и открутить целый киносеанс?»

Гаркуша:

– В принципе мог бы. У меня был прецедент, когда наш друг московский кинооператор Дима Лаврененко снимал как бы про нас определенные вещи. Он пригласил меня в Дом кино, где стояла аппаратура тех, 70– 80-х годов, и так это случилось. Я зарядил пленку (20 лет я этого не делал). Отлично все получилось. В принципе изначальная профессия, она есть.

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ