Премия Рунета-2020
Кемерово
-8°
Boom metrics
Происшествия
Эксклюзив kp.rukp.ru
2 декабря 2021 11:19

«Я его никогда не забуду...»: жительница Прокопьевска рассказала о горноспасателе, погибшем на «Листвяжной», но перед тем спасшем ей жизнь

Она расплакалась, увидев фамилию Земцев в траурном списке «Листвяжной»
Лариса МАКСИМЕНКО
Евгений Земцев погиб во время спуска в шахту.

Евгений Земцев погиб во время спуска в шахту.

Фото: МЧС России

С тех пор как в Кузбассе на шахте «Листвяжной» 25.11.2021 г. произошел взрыв, и началась поисково-спасательная операция, и сложился трагический список – 51 погибший (46 шахтеров, 5 горноспасателей). И в этом большом «отряде», ушедшем в небо, - отцы, мужья, братья, зятья, однокашники, одноклассники, друзья, соседи и вообще цвет главного угольного региона страны!...

С тех пор и Ирина, как все мы, живет общим горем.

Еще и потому, что в траурном списке – человек, год назад вытянувший ее с того света.

Ира его, новокузнецкого горноспасателя Евгения Земцева, в списке по трагедии на «Листвяжной», по месту службы Жени и по фото в форме узнала.

- Как жалко парня... Родным его – искренне соболезную, - в голосе 37-летней Иры, работающей в школе, слезы. - Меня он тогда, в 2020-м, спас. А прошел год – и, почти день в день, сам погиб, уже на шахте, еще многих людей геройски спасая...

25 ноября 2021 года на кузбасской шахте Листвяжная погиб 51 человек - шахтеры и горноспасатели.

25 ноября 2021 года на кузбасской шахте Листвяжная погиб 51 человек - шахтеры и горноспасатели.

Фото: СУ СК России

Автобус

История с Ирой случилась на рейсе междугороднего автобуса Прокопьевск – Новокузнецк на 6.30 утра. Белый микроавтобус только-только пересек черту Новокузнецка. Все в салоне начали застегивать куртки, звонить и отвечать на звонки, планируясь в начале рабочего дня. Как вдруг у Иры, стоявшей в переполненном проходе, за водителем, остановилось сердце.

Помочь на трассе – некому. И вернуть ее в жизнь было – никак.

Автобус остановился. Иру вынесли на кромку поля, на воздух.

Сердце стукнуло, раз, другой. «Таблетку, дайте какую-нибудь таблетку!» - кричали люди. Какая-то бабушка дала «сердечное». Ира, задышав, снова начала «уходить».

Ее – в автобус. Шофер, понимая, что до ближайшей больницы не довезет, далеко, вспомнил: поблизости – ВГСО, отряд горноспасателей, там круглосуточное дежурство бойцов.

... И так автобус с Ирой и влетел к горноспасателям. Ее на руках внесли в комнату. Пульса не было. Дыхания тоже. Горноспасатели - Андрей Никулин, командир отделения, Евгений Файзуллин, помощник командира пункта, Евгений Земцев, респираторщик, - они не медики, и тем более реанимацией никогда не занимались. Но, рассказывали потом, «... показания для сердечно-легочной реанимации у девушки еще были … Мы решили за жизнь ее бороться…» Иру переложили с дивана на пол, нужно было жесткое основание. Женя Земцев принес «ГС-10» (дыхательный аппарат для шахт). Иру подключили сначала к аппарату в режиме ингаляции. Так убедились, что самостоятельного дыхания нет. И перешли на режим искусственной вентиляции легких. И стали делать непрямой массаж сердца. А появилось слабое дыхание, опять переключили на режим ингаляции. Дыхание редкое было еще, но уже БЫЛО.

А как навсегда запомнила девушка этот момент?

- Тьма. Я лечу. Долго. Это был, поняла, загробный черный туннель, но не такой, как всегда рассказывают, – просто тьма. Что там, в конце пути, ждет, кто встретит меня?... И не сразу, нечетко, размыто, появились мужские фигуры, … в форме. Не шахтеры, но связаны с шахтой… Ну, конечно, поняла, да кто еще может встречать нас, из шахтерского региона, там, у врат?... Но мне на тот свет еще рановато, и я вдруг поняла, да это они пробиваются ко мне! И тут же с ними пробился в туннель свет! Вот так меня ОНИ в жизнь вернули. И я открыла глаза...

И увидела наяву своих спасителей – Женю, Женю, Андрея.

Но ей еще было не выбраться «из туннеля» самой. И она снова перестала дышать. И горноспасатели девушку с автобуса опять к аппарату в режиме ИВЛ подключили, и давай опять ее откачивать… И она снова пришла в себя, открыла глаза, заплакала… «Мы рядом, - говорили ей, - всё хорошо…» Но она продолжала плакать и снова резко – «ушла», снова нет дыхания, пульса. И так не раз. Официально, три раза клиническая смерть была, но горноспасатели говорили – больше. И они-таки Иру с того света вытянули.Благодаря тому – что они — команда и в ЧП под землей давно работали вместе, слаженно, быстро. И еще благодаря находчивости. У дыхательного аппарата, предназначенного для спасения под землей, где воздух после аварии смертельный, два режима. У него два съемных блока – блок ИВЛ для принудительной реанимации и блок ингаляции («для самому кислородом подышать, чтобы легкие продуть…»)… Но чтобы перейти с режима на режим, нужно открутить один блок, снять его с аппарата и прикрутить на его место второй… По инструкции так. Но на это же – уходит время. А в случае с Ирой времени вообще не было. И Женя Земцев придумал тогда, принес второй аппарат «ГС-10», настроив на другой режим. Товарищи его мысль поняли сходу. И так и отработали тогда: первый аппарат – был у них на одном режиме настроен, второй – на другом. И как только у Иры сердце останавливалось, то ее с аппарата на аппарат переводили, к тому, что с ИВЛ, подключали, плюс непрямой массаж сердца делали… И так – работали без остановки, меняли аппараты, до самой «скорой»…

- В больнице потом пробыла недолго, - вспоминает Ира. – Мне восстановили ритм сердца, снизили давление. А отчего все тогда, в автобусе, случилось, непонятно. До того только сильно понервничала дома и все... И с тех пор, как ребята-горноспасатели мне жизнь спасли, я чувствую себя хорошо... А когда пошли недавно первые новости – о трагедии на «Листвяжной», о взрыве и что началась поисково-спасательная операция, я сразу подумала: «Мои» ребята, точно, там...»

Три спасители Ирины: ( на фото слева направо) Евгений Файзуллин, Андрей Никулин и Евгений Земцев.

Три спасители Ирины: ( на фото слева направо) Евгений Файзуллин, Андрей Никулин и Евгений Земцев.

Фото: МЧС России

... Да, все трое спасителей Иры - Земцев, Файзуллин, Никулин, спустились 25 ноября с их товарищами из отряда в дымящуюся после взрыва «Листвяжную». И ушли по самому сложному дальнему маршруту – к эпицентру взрыва. И Земцев погиб. Никулин, Файзуллин – в больнице.

В шахте

Как мне потом рассказали в отряде, эта разведка к эпицентру взрыва сначала шла без дыхательных аппаратов, воздух был. На последнем участке пути - пошли в аппаратах. И разведка (по сбору данных по состоянию шахты после аварии, по поиску погибших) не дошла до эпицентра метров триста – четыреста, по завалам, воде. И вот уже взяла очередные пробы воздуха. И уже поступил ей приказ - назад, и горноспасатели развернулись, пошли, и тут началось страшное.

- Помощнику командира стало плохо, наши медики стали реанимировать. Но – констатировали смерть.

- Следом один за другим стали люди падать, и мы все друг другу стали помощь оказывать. И у нас подошел к концу запас кислорода.

- Мы друг друга поднимали. Не давали садиться, иначе не встать. И так шли и смотрели за каждым. У нас есть кнопка аварийного клапана, где кислород, ее друг другу нажимали, чтобы увеличить подачу кислорода...

Герои-горноспасатели, погибшие в поисково-спасательной операции на Листвяжной. Евгений Земцев - второй справа.

Герои-горноспасатели, погибшие в поисково-спасательной операции на Листвяжной. Евгений Земцев - второй справа.

Фото: МЧС России

- А почему всем стало плохо?

- От окиси углерода, концентрация ее превысила защитные действия наших аппаратов, - пояснил Андрей Никулин. – И еще...

- Отравление шло через спецодежду, глаза, кожу. Я работаю с 2010-го, в стольких шахтах побывал, и никогда не думал, что когда-нибудь с такой ситуацией встречусь. И никто из наших такого не встречал, не слышал, - пояснил Женя Файзуллин. – И так мы шли – на автопилоте, на мысли, на инстинкте – выжить. Вышли с божьей помощью. К свежей струе, к воздуху. И потом – уже наверх из шахты.

Но не все. Когда еще только вырвались из «марсианского» воздуха у эпицентра взрыва к свежей струе, тогда только поняли, что не все...

Про Женю Земцева, который не вышел, товарищи думали, были уверены, что идет впереди.

А в последний раз они 44-летнего Евгения Земцева видели там, у эпицентра, после приказа назад, когда горноспасатели валиться от отравления окисью углерода начали.

- И он тоже кому-то помогал, кого-то очередного «включил», поддержал.

Потом, получается, подтолкнул, направил к выходу, и так жизнь тому спас. А на себя Жене Земцеву сил и времени уже не хватило. И таким он был по жизни всегда.

... На «Листвяжной» погибли горноспасатели Олег Носанчук, Александр Аникин, Алексей Рылов, Евгений Земцев и Назаров Андрей, и их всех представили к ордену Мужества, посмертно.

- Но для нас Женя, пока не увидели тело, для нас он все еще жив, – говорят с горечью и с упрямством близкие друзья-горноспасатели.

- ...И я тоже его, героя, - говорит Ира, раньше спасенная Земцевым, - никогда не забуду. И всем моим спасителям, и другим горноспасателям, шахтерам, кто на «Листвяжной» с аварией боролся, выжил и сейчас в больницах, - желаю выздоровления.

На поверхность подняты пока лишь 13 погибших. Фото: пресс-служба АПК.

На поверхность подняты пока лишь 13 погибших. Фото: пресс-служба АПК.

Напомним, в первый день после аварии прошла информация о том, что в шахте погибли шесть горноспасателей. Однако спустя сутки произошло чудо: один из тех, кого уже считали погибшим - медик ВГСЧ Александр Заковряшин смог выбраться на поверхность. По его словам, он, выбравшсь из загазованной части шахты, сперва отлежался под струей свежего воздуха, а затем вышел по ней на-гора.

Пока что на поверхность подняты тела только трех из пяти погибших горноспасателей. Также под землей остаются 36 горняков, погибших во время аварии на «Листвяжной». Всего на сегодняшний день из-за сложной газовой обстановки и угрозы повторного взрыва горноспасатели смогли достать тела 13 человек.

«Комсомолка» выражает соболезнования родным и близким погибших, и вспоминает всех, кто не вернулся из шахты.